Апокрифические сказания и Повесть временных лет

ДАТА ПУБЛИКАЦИИ: 28 декабря 2020
ИСТОЧНИК: Вопросы истории, № 9, Сентябрь 2008, C. 152-157 (c)


© Д. А. Ляпин

найти другие работы автора

Апокрифы в первых русских памятниках письменности - интересная часть литературы, отражающая особенности мышления древнерусского человека, его осознание себя и своего места в истории. В период средневековой письменности Библия представляла собой базисный элемент для автора практически любого произведения. "Фактически оно (Священное Писание. - Д. Л.) не входило в систему жанров, так как наличие канона делало его закрытым для дальнейшего творчества: новые тексты Писания не создавались, и создаваться не могли"1. Но часто библейские тексты являлись предметом творческого осмысления человеком, а это и есть начало апокрифического жанра литературы средневековья.

Апокрифы в древнерусской литературе были в центре внимания, главным образом, у историков второй половины XIX - начала XX века.

Ветхозаветное влияние на ПВЛ огромно. Так, например, Святополк, убивший по рассказу летописи своих братьев, назван в ней "окаянным" и "проклятым". Обратим внимание на корень слова "окаянный", этот корень - "каин". Понятно, что имеется ввиду библейский Каин, убивший своего брата, и проклятый Богом. Как и Каин, обреченный скитаться и умереть в пустыне, скончался и летописный Святополк. Примеров, подобных этому, множество. Иной раз сам летописец сравнивает случившееся событие с историей из Ветхого Завета. Даже в плане стилистических особенностей изложения текста Библия и ПВЛ сходны в некоторых моментах: не раз ПВЛ повторяет текстовой оборот, характерный для книги Иисуса Навина, ссылаясь на то, что свидетельства какого-либо события можно видеть и "до сего дня".

Но не все рассказы ПВЛ точно "ложатся" в библейские тексты. Есть истории, которые написаны на библейские сюжеты, но не согласуются с каноническим Ветхим Заветом. Пример тому - летописный рассказ о Ное, разделившем землю после потопа между своими сыновьями: "По потопе первие (первие - по Лаврентьевскому списку, трие - по Радзивиловскому списку. - Д. Л.) сынове Ноеви разделиша землю: Симь, Хамь, Афет. И яся въсток Симови... Хамови же яся полуденьная страна... Афету же яшася полупощныя страны и западныя... Симъ же и Хамъ и Афет, раздъливше землю, жеребъи метавше - не преступати никому в жребии братень. И живяхо каждо въ своей части"2.

В Ветхом Завете упоминание о разделе земли проходит как бы стороной, косвенно, без лишних подробностей.

В ПВЛ в истории "о брани межь братьи Ярославечехь" проводится прямая параллель между сыновьями Ноя Хамом, Симом и их потомками, евреями и хананеями. Говорится, что преступить "предела чюжого" и "заповедь отчею" большой грех: "Велик бо есть грех преступати заповедь отца своего: ибо исперва преступиша сынове

Ляпин Денис Александрович - кандидат исторических наук, доцент Елецкого государственного университета им. И. А. Бунина.


стр. 152
Хамови на землю Сифову, по 400 летотмьщение принята от Бога; от племене бо Сифова суть и Евреи, иже избиша Хананейско племя, и восприяша свой жребий и свою землю..."3.

Возникает вопрос: откуда летописец взял рассказ о жребии, и почему каждый брат должен обязательно жить в своем "жребии"? При этом исключается, что составитель ПВЛ сам являлся автором приведенного отрывка.

Историки уже давно установили, что летописец пользовался "Хроникой Георгия Амартола", но в ней сообщение о разделе земли еще более короткое, и упоминаний о "жребии" нет. Существует предположение, что источником послужила "Историческая Палея", где, впрочем, тоже не сообщено совершенно ничего нового. Близкий текст находится в "Летописце Еллинском и Римском"4. В этом источнике имеется упоминание клятвы, которую дали сыновья Ноя, разделившие землю, "...якоже рекохом, клятву имъ повелелъ дати отецъ, яко никомуже поступите на братень жребий. Преступающему же клятвенное заповъдание погубити..."5. Если исключить, что автор этого источника сам придумал клятву и жребий, то снова возникает вопрос о том, что послужило основным источником для этого текста, если он не совпадает с библейским рассказом? Логично предположить, что источник для рассказа о разделе земли, помещенного в ПВЛ, должен быть достаточно содержательным, поскольку автор "Повести" не считает нужным переписывать его целиком. Известно, что ПВЛ основывается на более древних летописях XI века. Тем более важно установить, когда данный отрывок проник в русские летописи. Заметим, что еще предшествовавший ПВЛ текст свода 1039 г., в редакции 1073 г., реконструированный А. А. Шахматовым, содержал фразу: "не добро есть преступать предела чюжого"6.

И. Н. Данилевский, детально описавший вопрос о вероятном источнике рассказа ПВЛ, подчеркивая его важность, пришел к выводу: "Чтобы понять мотивы составителя "Повести", избравшего именно такой "сценарий" (когда сыновья Ноя сами делят землю, без участия отца. - Д. Л.) раздела земли сыновьями Ноя, необходимо было найти непосредственный источник летописного рассказа. Но установить его до сих пор не удается"7.

Слово "жребий" прочно вошло в русскую словесность и стало частым "клише" в языке делопроизводственных материалов XVI-XVII веков. В фондах Поместного приказа - переписных, поместных и платежных книгах различных уездов - постоянно встречается слово "жеребий". Например, в Писцовой книге Елецкого уезда 1628/30 гг. читаем: "...за недорослями за Кузьмой да за Филатом отца их поместье, жеребий в селе Рождественском..."8. Из текста любого документа подобного рода ясно, что имеется в виду определенный земельный участок, закрепленный за тем или иным сыном боярским и подлежащий налогообложению. Слово XVII в. "жеребий", возможно, измененное от "жребий", упоминается в древнерусских летописях, и, в частности, в ПВЛ.

Кроме ПВЛ термин "жребий" встречается "Задонщине", где упоминается "симов жребий"9, а также "Сказании о князьях Владимирских": "А мы, божьей милостью наместники своих прародителей и отца своего великого князя Всеволода Ярославича удостоены Богом быть наследниками того же жребия..."10.

Исследователями было замечено сходство начального рассказа ПВЛ о разделе земли после потопа с некоторыми дальнейшими сюжетами ПВЛ, например, раздел земель сыновьями Ярослава, где их количество сокращенно до трех11. Другой пример - распря 1073 г., где прямо сказано, что Святослав, "сев" в Киеве, "преступившее заповедь отню". Далее в летописи идет прямая "ссылка" на книгу Бытия: "А Святослав седе в Киеве, прогнав брата своего, преступив запаведь отчю, паче же Божию. Велик бо есть грех преступати заповедь отца своего: ибо исперва преступиша сынове Хамови на землю Сифову, по 400 летотмьщение приняша от Бога; от племене бо Сифова суть и Евреи, иже избиша Хананейско племя, и восприяша свой жребий и свою землю. И пакы преступи Исав заповедь отца своего, и прия убийство; не добро есть воступати во предел чюжаго"12.

Рассказ ПВЛ о разделе земли сыновьями Ноя после потопа не находит своего подтверждения в каноническом Ветхом завете, но существует иной источник, где совпадение в тексте с рассказом, содержащимся в ПВЛ, не может не обратить на себя внимание исследователя. Этот источник - апокрифический вариант Книги Бытия, известный как Книга Юбилеев или Малое Бытие.

В книге Юбилеев читаем следующий рассказ о разделе земли: "А в шестой год этой седьмины родила она (Азурад, жена Ноя. - Д. Л.) ему (Ною. - Д. Л.) сына, и нарек он ему имя Фалек, ибо в те дни, когда родился он, начали сыновья Ноевы делить землю между собой, и сказали о том Ною... и разделили они землю на три части: для Сима, Хама и Иафета, по наследию каждого... И призвал Ной сыновей

стр. 153
своих, и пришли они к нему, они и дети их, и разделил он землю на жребии, которые должны были получить во владение сыновья его. И протянули они руки и вытянули писание из пазухи Ноя, отца своего"13. Далее следует подробное описание "жребиев", доставшихся Симу, Хаму и Иафету. Среди земель, которые были разделены братьями, упоминаются: Рафа (Урал), Альпы, Гибралтарский пролив, Фирас (земля этрусков) и т.д. В ПВЛ также следует подробное описание земель сыновей Ноя.

В конце IX главы Книги Юбилеев сказано: "Так разделили сыновья Ноевы земли свои между сыновьями своими в присутствии Ноя, отца своего, и связал он их клятвою сулящее проклятие, всякому, кто пожелает взять удел, не выпавший ему по жребию. И сказали они: "Да будет так, да будет так" за себя и за сынов своих навеки, в поколениях их вплоть до дня суда, в который Господь Бог будет судить всех мечом и огнем..."14. Рассказ о заключении столь торжественного договора был призван, возможно, оправдать нашествие евреев на Палестину (Ханаан) и их враждебное отношение к местному населению.

Здесь находит свое объяснение не только появление сцены со жребием в летописных рассказах, но и появление неминуемого проклятия, карающего каждого, "кто пожелает взять удел, не выпавший ему по жребию". Отсюда понятна и фраза Летописца Еленского и Римского: "...якоже рекохом, клятву имъ повелелъ дати отецъ, яко никомуже поступити на братень жребий"15. Сыновья Ноя поклялись за все будущие поколения до Страшного Суда, что проклят будет каждый, кто нарушит эту заповедь, а их далекими потомками были и русские князья в представлении автора ПВЛ.

Книга Юбилеев часто содержит любопытные подробности библейской истории, которые перекликаются с русскими летописями. Так, во время перехода Авраама в Ханаан в апокрифе Бог дает ему "повеление", что избранный Богом народ должен обязательно отдавать десятую часть от всего: "от семени, и от масла, и от скота, и от овец". Этот закон, как подчеркивает Малое Бытие, был дан "для поколений навеки"16. В Книге Бытия этот момент опущен. Из летописей мы знаем, что татары, подошедшие к русским землям, избранным Богом "на последнее время", потребовали от русских "десятины во всемъ: во князяхъ, и в людях и въ конехъ..."17. Для летописца нашествие татар - кара божья "за грехи наши". Сопротивление татарам - сопротивление воле Бога. Люди, забывшие Бога, неминуемо подвергнутся наказанию свыше. Не случайно татары на страницах летописи требуют десятой части во всем, это доля Бога в установленном древнем божественном законе. Возможно, просьба татар - символическое напоминание о Боге.

Это совпадение может быть в известной степени случайным. Упоминание же десятины как части, которая принадлежит Богу, встречается и в Моисеевых книгах канонического Ветхого Завета, но, упоминание десятины в Ветхом Завете косвенно, и внимание на ней, как на доле Бога, не акцентируется.

Книга Юбилеев, или Малое Бытие, предположительно создана в конце II в. до н.э. Этот источник содержит сведения исторического характера, которые "ангел лица господня" поведал Моисею на горе Синай. По сути, это более подробный вариант Книги Бытия, изложенный от лица ангела, до истории исхода евреев из Египта. Название книги - Книга Юбилеев - связано с хронологическим принципом изложения.

Книга Юбилеев дошла до нас на эфиопском и, частично, на латинском языках. Вероятно, существовала версия, написанная на иврите. Целиком этот памятник, как, кстати, и книгу Еноха, сохранила только эфиопская литература. Однако, по замечанию И. Я. Порфирьева, "Малое Бытие, которое в первые века христианства пользовалось такой известностью, не встречается в древней нашей письменности"18. Порфирьев также предполагал, что апокрифические вставки вовсе не являются доказательством того, что на Руси эти апокрифы были известны целиком. Доказательством этого Порфирьев считал то, что вставки в ПВЛ заимствованы из Палеи19. Такое мнение вскоре было опровергнуто Шахматовым20. Кроме того, Палея не упоминает о понятии "жребий", и рассказ о разделе земли сыновьями Ноя там совсем иного рода, чем в ПВЛ, что еще раз опровергает предположение, сделанное Порфирьевым.

Обратимся к работам Шахматова.

Прежде всего, важен путь, по которому пошел ученый, чтобы доказать, что Толковая Палея основывалась на ПВЛ, а не наоборот. Анализ Речи философа в легенде о крещении Руси привел Шахматова к предположению "о знакомстве с Толковой Палией не русского летописца (автора ПВЛ. - Д. Л.), а составителя того памятника, откуда заимствована в русской летописи эта Речь. Таким памятником был, вероятнее... болгарский сборник, содержавший рассказ о крещении князя Бориса"21. Шахматов предположил, что в распоряжении русских летописцев, вероятно, была болгарская Палея, написанная в X в. и содержавшая массу апокрифического материала. Эта

стр. 154
болгарская Палея основывалась, в свою очередь, на греческой Палее, но вставкам апокрифического характера подверглась в Болгарии22.

Можно предположить, что изучаемый нами апокрифический рассказ, основанный на Книге Юбилеев, попал в русскую литературу из болгарского источника, в котором содержалась масса апокрифических текстов. В пользу болгарской версии попадания апокрифического текста на Русь говорит и то, что болгарские письменные источники были известны здесь еще в XI веке.

Болгарский вариант попадания апокрифического текста на Русь подтверждается исторической обстановкой. В Болгарии, где христианство стало официальной религией с 865 г., нашли приют ученики св. Мефодия. Близость к Византии и знание учениками греческого языка способствовали быстрому распространению христианской византийской литературы в Болгарии. Ученики Мефодия стали применять новое письмо с элементами греческого алфавита - кириллицу. Именно из Болгарии славянские книги поступали в монастыри Киевской Руси23. Болгария - страна, где не существовало вековых христианских традиций, создавала хорошую почву для появления и распространения неканонической христианской литературы. Таким образом, в конце первого тысячелетия Болгария явилась настоящей кузницей апокрифических историй.

Наше предположение подтверждается и мнением В. М. Истрина, считавшего, что создание ПВЛ проходило под влиянием греческих и болгарских книг24. Он также доказал, что на Руси в XI в. "вращались произведения моравского происхождения", которые возможно пришли через посредство Болгарии25.

Представляется возможным более точно определить время и условия попадания апокрифа Малое Бытие на Русь. Апокрифическая строчка "не преступать предела братьня" встречается в завещании Ярослава Мудрого своим детям. Это завещание вошло в реконструированный Шахматовым Древний Киевский свод 1039 г. в редакции 1073 года. Автором редакции был Никон Печерский26. В Древнем Киевском своде не было рассказа о разделе земли сыновьями Ноя. Вероятно, преподобный Никон имел в своем распоряжении интересующий нас апокриф. Сама редакционная вставка "В лето 6562. Начало княжения Изяслава", где содержится завещание Ярослава, была сделана Никоном, который говорит в тексте устами Ярослава Мудрого.

Сам текст завещания был навеян, вероятно, библейским завещанием Иисуса Навина своим детям. Сравним два отрывка: летописный и библейский. В Библии Иисус Навин говорит "всем сынам Израилевым": "Вот, я отхожу в путь всей земли. А вы знаете всем сердцем вашим и всею душою вашей, что ни осталось тщетным ни одно слово из всех добрых слов, которые говорил о вас господь". Посмотрим теперь на слова летописца Никона, вложенные в уста Ярослава в завещании своим детям: "се азъ отьхожю свъта сего, сынове мои; имеъте въ собъ, любъвь... да аще будете въ любъви межю собою". Оба отрывка похожи лишь началом. Они различны по смыслу. Иисус Навин говорил евреям о том, что Бог не оставит их и в дальнейшем, если они будут выполнять его завет и не пойдут служить другим богам. Ярослав Мудрый завещает своим детям любить друг друга, не враждовать между собой и слушаться старшего брата Изяслава. Кроме того, Ярослав "завещал": "не преступать предела братьня". Никон не ставил целью полностью вставить библейский текст в летопись потому, что смысл завещания Иисуса Навина "сынам Израиля" не был актуален для современных Никону событий. Летописец осуждал раздоры и распри князей, которые проходили в его время. Позже, когда в очередной летописной редакции будет включен рассказ о разделе земли сыновьями Ноя, задача осудить раздоры будет стоять еще актуальней. Вероятно, это и подтолкнет в 1095 г. очередного редактора-летописца вставить отрывок из апокрифа, осуждающий распри между Ярославичами. Позже этот отрывок попал в ПВЛ, как и завещание князя Ярослава Мудрого, где содержится строчка из апокрифа.

Кроме рассмотренного отрывка Никон составил обширное продолжение, в котором описал возникновение Печерского монастыря и духовные подвиги первых старцев. Свое продолжение к Древнейшему своду он довел до своего времени, то есть времени конфликта Всеволода и Святослава с Изяславом в 1073 году. Описывая усобицу Ярославичей, он обращается к примерам из мировой истории. Никон проводит аналогию с потомками Хама, занявшими землю Сима. Этот отрывок также попал в ПВЛ. В этом отрывке, на котором дополнение Никона кончается, звучит предостережение: "не добро бо есть преступати предъла чюжаго"27.

Рассказ ПВЛ о первой усобице князей, начавшейся после смерти Владимира в 1015 г., не содержит каких-либо аналогий с апокрифическим материалом. В древней летописи не содержится упоминаний о том, что "грех есть преступать предел бра-тень". Это может говорить о том, что изучаемый нами апокриф не был известен автору древнего Киевского свода 1039 г., либо не произвел на него должного впечат-

стр. 155
ления. Кроме того, этот факт еще раз указывает на Никона, как на первого, кто использовал апокрифический материал.

Попробуем сравнить содержание двух отрывков по смыслу. Суть рассказа об усобице, произошедшей между сыновьями Владимира, сводится к восхвалению мученической смерти и непротивления злу силой. Яркий пример этому - убийство Бориса и Глеба. Еще одной темой рассказа можно считать тему возмездия за братоубийство. Важным для автора истории о первой усобице на Руси и гибели Бориса и Глеба было показать пример послушания и смирения.

В последующие годы перед летописцами, Никоном в 1073 г., автором Начального свода в 1095 г., и Нестором, автором ПВЛ, стояла схожая задача: осудить усобицы князей - братьев. Нужен был более весомый аргумент в деле осуждения усобиц, и он был найден в апокрифическом материале: каждый, кто нарушит установленный порядок распределения земель, будет проклят, и наказание божье ждет его самого и его потомков. Теперь смысл использования апокрифического материала в ПВЛ становится понятней.

Остается еще вопрос о целях, которые преследовал Никон, вставляя в летописный свод завещание Ярослава и проклятие за нарушение пределов своего удела. В 1073 г. вспыхнула борьба между Ярославичами. Печерский монастырь не мог оставаться в стороне и выступил арбитром межкняжеских отношений. Очень точно описал ситуацию М. Д. Приселков: "...непреклонность Никона отразилась и в его летописном своде 1073 г., где резко обличается Святослав, как нарушитель заповеди отца и Бога... долг князей - жить мирно между собою и слушаться старшего брата"28. Приселков не сомневается в том, что идеалом межкняжеских отношений для Никона послужили собственные воззрения на церковное устройство, на отношение епископов к митрополиту.

Апокрифический материал в нашей древней повести не ограничен только рассмотренными выше рамками Малого Бытия. Апокрифических сказаний в ПВЛ очень много, но определить их происхождение не всегда возможно. Укажем, однако, еще на одно очевидное совпадение. Известная беседа князя Владимира с греческим философом по поводу православной веры наполнена апокрифическими вставками. Попробуем определить их характер. По нашему мнению, беседа Владимира с философом - оригинально переделанная и обработанная апокрифическая "Беседа трех святителей", переведенная на славянский язык в XI веке29. Это - памятник, составленный в вопросно-ответной форме, которая была очень популярна в Греции. В "Беседе трех святителей" объясняются в простой форме изложенные в Книге Бытия события. Три святителя - это три византийских писателя IV в., чьи сочинения пользовались на Руси большой популярностью - Иоанн Златоуст, Василий Великий и Григорий Богослов. Конечно, "Беседа трех святителей" ничего общего с произведениями обозначенных отцов церкви не имеет. Этот апокрифический памятник был хорошо известен на Руси в домонгольский период. Проникновение его в русскую культуру связанно с южнославянскими странами30.

Греческий философ отвечает на вопросы Владимира, используя материалы "Беседы трех святителей". Например, философ рассказывает историю об ангеле Сатанаиле и его падении с неба, объясняет, зачем Бог сошел на землю и принял страдание. Такие же истории изложены в "Беседе"31. Вопрос Владимира, почему Бог родился от жены, был распят на дереве и крестился водою, - есть почти буквальное повторение такого же вопроса в "Беседе трех святителей", и философ отвечает фразой, тождественной по смыслу тому же источнику.

ПВЛ: Владимир же спросил: "Почему родился он от жены, был распят на древе и крестился водою?" Философ же ответил ему: "Вот чего ради. Вначале род человеческий женой сограшил: дьявол прельстил Адама Евою, и лишился тот рая так и Бог отомстил дьяволу... так через жену воплотился Бог. А на древе он был распят, потому что вкусил от древа Адам и из-за него был изгнан из рая... А обновление водою совершилось потому, что при Ное, когда умножились грехи людей, навел бог потоп на землю, и потопил людей водою"....

"Беседа трех святителей": Почему Бог родился от женщины, крестился водою и распят был на древе? Как Адам был прельщен женщиной и изгнан из рая; Бог на древе распростер руки, дьявола победил древом; водою потопил он весь человеческий род за грех его потому и Бог крестился водою и обновление даровал всему миру32.

Следующим очевидным совпадением является летоисчисление. 5500 лет прошло от Адама до рождения Христа, по словам греческого философа, и в известном источнике указанно время распятия Христа от Адама - 5538 лет33.

Таким образом, апокрифические сказания были известны на Руси XI-XII веков. Скорее всего, попадали они на Русь из Болгарии. Апокриф Малое Бытие мог

стр. 156
попасть на Русь через посредство Никона Печерского, который первым и сделал апокрифическую вставку. При этом целью Никона было осудить начавшиеся распри Ярославичей. Эта традиция сохранилась и в дальнейшем, когда апокрифические сказания применялись летописцами более широко. Вполне возможно, что источником рассказа о разделе земли сыновьями Ноя в ПВЛ послужила апокрифическая книга Юбилеев или Малое Бытие.

Греческая апокрифическая литература оказывала большое влияние на начальную русскую литературу. Эта традиция со временем прочно вошла в русскую письменность.

Примечания

1. АЛЕКСЕЕВ А. А. Песнь песней в древней славяно-русской письменности. СПб. 2002, с. 123.

2. Полное собрание русских летописей (ПСРЛ). Т. 2. М. 1974. Лаврентьевская летопись, стб. 1 - 5.

3. Там же.

4. ДАНИЛЕВСКИЙ И. Н. Русские земли глазами современников и потомков (XII-XIV вв.). М. 1999, с. 33.

5. Летописец Елинский и Римский. Т. 1. СПб. 1999, с. 6.

6. ШАХМАТОВ А. А. Разыскания о древнейших летописных сводах. История Русского летописания. Т. 1. Кн. 2. СПб. 2002, с. 430.

7. ДАНИЛЕВСКИЙ И. Н. Ук. соч., с. 32.

8. Российский государственный архив древних актов (РГАДА), ф. 1209, д. 132, л. 53.

9. Задонщина. Хрестоматия по древнерусской литературе. М. 1974, с. 97.

10. Сказание о князьях Владимирских. Там же, с. 123.

11. ДАНИЛЕВСКИЙ И. Н. Ук. соч., с. 29.

12. ПСРЛ. Лаврентьевская летопись, стб. 181 - 182.

13. Книга Юбилеев или Малое Бытие. Ветхозаветные апокрифы. М. 2001, гл. VIII, с. 35.

14. Там же, гл. X, с. 38.

15. Летописец Елинский и Римский. Т. 1. СПб. 1999, с. 6.

16. Книга Юбилеев или Малое Бытие, гл. VIII, с. 47.

17. ПСРЛ. Лаврентьевская летопись. Т. 2, с. 189.

18. ПОРФИРЬЕВ И. Я. Апокрифические сказания о Ветхозаветных лицах и событиях (по рукописям соловецкой библиотеки). Известия Общества русского языка и словестности (ИОРЯС). Т. XVII, N 1. СПб. 1877, с. 3.

19. Там же, с. 3 - 4.

20. ШАХМАТОВ А. А. Толковая Палея и русская летопись. ЕГО ЖЕ. История Русского летописания. Т. 1. Кн. 1. СПб. 2002, с. 279.

21. Там же.

22. Там же, с. 247.

23. АЛЕКСЕЕВ А. А. Ук. соч., с. 11.

24. Болгарские книги базировались на греческих источниках.

25. ИСТИН В. М. Моравская история славян и поляно-руси, как предполагаемые источники начальной русской летописи. По поводу исследования Н. К. Никольского "Повесть временных лет, как источник для истории начального периода русской письменности и культуры". Л. 1936.

26. ШАХМАТОВ А. А. Разыскания о русских летописях. М. 2001, с. 431.

27. Там же, с. 456.

28. ПРИСЕЛКОВ М. Д. Очерки церковно-политической истории Киевской Руси X-XIII вв. СПб. 2003, с. 103.

29. Беседа трех святителей. Памятники литературы Древней Руси. XII в. М. 1980, с. 137 - 146.

30. МИЛЬКОВ В. В. Древнерусские апокрифы. СПб. 1999, с. 41 - 44.

31. Там же, с. 138.

32. Там же, с. 143.

33. Там же, с. 141.



Отправить на принтер


Готовая ссылка для списка литературы

Д. А. Ляпин, Апокрифические сказания и Повесть временных лет // Москва: Портал "О литературе", LITERARY.RU. Дата обновления: 28 декабря 2020. URL: http://literary.ru/literary.ru/readme.php?subaction=showfull&id=1609156380&archive= (дата обращения: 17.01.2021).

По ГОСТу РФ (ГОСТ 7.0.5—2008, "Библиографическая ссылка"):


Ваши комментарии