НЕКОТОРЫЕ ИСТОРИЧЕСКИЕ РЕАЛИИ "ТИХОГО ДОНА"

ДАТА ПУБЛИКАЦИИ: 14 декабря 2017
ИСТОЧНИК: http://literary.ru (c)


© С. Н. СЕМАНОВ

найти другие работы автора

Роману М. А. Шолохова "Тихий Дон" посвящена огромная литература. Первые монографии о нем появились до Великой Отечественной войны, а критические статьи - еще в конце 20-х годов. Здесь нет необходимости давать оценку различным толкованиям знаменитого романа. Исследователи сосредоточивали свое внимание более всего на литературоведческих проблемах. Но за четыре без малого десятилетия со дня завершения шолоховской эпопеи специальных (прикладных, справочных, текстологических и фактологических) разработок "Тихого Дона" появилось сравнительно немного. В данном очерке внимание сосредоточено на исторической основе "Тихого Дона".

Творческая история романа уже рассмотрена в ряде исследований1 , которые построены в чисто филологическом плане. Конкретно- историческим фактам уделено в них второстепенное место. Имеется, однако, ряд специальных исследований (или разделов в них) относительно фактического материала, использованного в романе. Серьезна по содержанию статья В. Г. Васильева2 , вошедшая позднее в монографию того же автора. В ней правильно определен ряд источников, откуда романист черпал фактический материал. Так, путем текстологического анализа установлено, что при описании боев в декабре 1917 г. под Ростовом Шолохов пользовался данными брошюры Г. Захарьянца3 и корреспонденцией газеты "Наше знамя"4 . Экспедиция Ф. Подтелкова на Верхний Дон описана по публицистическим работам Д. Делерта и А. А. Френкеля5 . События корниловского мятежа изложены с привлечением мемуаров генерала А. С. Лукомского6 . Описание "избрания" донского атамана Краснова в мае 1918 г. сделано с использованием красновских же мемуаров7 . Установлено, что сцены белогвардейского "ледового похода" (январь - февраль 1918 г.) написаны с использованием фактического материала из воспоминаний генерала А. И. Деникина8 . Эта и многие другие печатные публикации появились, естественно, еще до написания соответствующих глав "Тихого Дона". Равным образом некоторые белогвардейские материалы были опубликованы (частью в отрывках) в советской печати 20-х годов9 . В числе работ по данной тематике любопытна статья об использовании в эпопее Шолохова казачьих народных песен10 . Ряд полезных сведений, наблюдений фактологического и текстологического характера содержится в статье, специально посвященной истории создания "Тихого Дона"11 .

1 И. Лежнев. Путь Шолохова. М. 1958; Ф. Абрамов, В. Гура. М. А. Шолохов. Семинарий. Л. 1958; В. Петелин. Гуманизм Шолохова. М. 1965; Л. Якименко. Творчество М. А. Шолохова. М. 1970; А. Хватов. Художественный мир Шолохова. М. 1970, и др.

2 В. Г. Васильев. Историческая правда в "Тихом Доне" М. Шолохова. "Ученые записки" Магнитогорского пединститута, вып. IV, 1957.

3 Г. Захарьянц. Организация Красной гвардии в Ростове. "Пролетарская революция на Дону". Сб. II. Ростов-на-Дону. 1922.

4 "Наше знамя", 29.XII.1917 (у автора ошибочно указано 29 сентября).

5 Дан Делерт. Дон в огне. Ростов-на-Дону. 1927; А. А. Френкель. Орлы революции. Русская Вандея. Ростов-на-Дону. 1920.

6 А. С. Лукомский. Из воспоминаний. "Архив русской революции" (Берлин). Т. V. 1922.

7 П. Н. Краснов. Всевеликое войско Донское. "Архив русской революции". Т. V; см. также советское издание: П. Н. Краснов. На внутреннем фронте. Л. 1927.

8 А. И. Деникин. Очерки русской смуты. Т. II. Париж. 1922.

9 См., например, Деникин, Юденич, Врангель. Мемуары. М. -Л. 1927.

10 К. И. Пахомова. Народная песня в романе М. Шолохова "Тихий Дон". "Ученые записки" Горьковского университета, выи. 49, 1958.

11 В. А. Апухтина. Из творческой истории романа М. Шолохова "Тихий Дон". "Вестник" Московского университета, серия общественных наук, 1954, N 1.

стр. 127

"Тихий Дон" сам по себе не перегружен цитированием документальных источников. Но они встречаются, причем именно в тех главах, где речь идет о событиях крупного масштаба. Характерен способ цитирования документов Шолоховым: он нередко приводит их не в отрывках или извлечениях, а полностью, даже с делопроизводственными пометами. Почти все документы, приведенные в "Тихом Доне", были опубликованы до написания соответствующих частей романа. Например, шолоховский Бунчук цитирует статью В. И. Ленина "Положение и задачи социалистического Интернационала", а эта статья помещена еще в первом издании ленинских Сочинений в 1924 году12 . "Обращение" генерала Корнилова от 25 августа (7 сентября) 1917 г. публиковалось неоднократно еще в первое десятилетие Советской власти, как и другие документы корниловского мятежа. В 5-й части романа, увидевшей свет в журнале "Октябрь" в 1928 г., приводится полный текст приговора белоказачьего суда над Подтелковым и его товарищами, опубликованный еще летом 1918 г. в белогвардейских газетах и воспроизведенный в том же году в советской брошюре13 , и т. д.

Некоторые документы Шолохов, видимо, брал непосредственно из прессы. Таково письмо атамана Краснова кайзеру Вильгельму II от 11 июня 1918 года. Оно было секретным, ибо заискивание атамана перед немецкими оккупантами было слишком унизительным. Однако секрет удержался недолго. Когда летом 1918 г. на Кубани окрепла белогвардейская Добровольческая армия, которая в противоположность красновскому "Донскому правительству" ориентировалась на Антанту и к тому же хотела подчинить себе белоказачье войско, то письмо Краснова, ставшее известным в Екатеринодаре ("столица" деникинцев), было опубликовано в тамошней печати. В советской печати этот документ также был предан гласности, но позднее, чем вышли в свет соответствующие главы третьей книги "Тихого Дона"14 .

Шолохов редко и скупо рассказывает о работе над собственными произведениями. Однако в процессе публикации "Тихого Дона" он сделал одно существенно важное заявление: "Работа по сбору материала для "Тихого Дона" шла по двум линиям: во-первых, собирание воспоминаний, рассказов, фактов, деталей от живых участников империалистической и гражданской войн, беседы, расспросы, проверки своих замыслов и представлений; во-вторых, кропотливое изучение специально военной литературы, разборки военных операций, многочисленных мемуаров, ознакомление с зарубежными, даже белогвардейскими источниками"15 . Особенно заметно это на примере таких фактов, как описание хода Галицийской битвы на русско-австрийском фронте (август-сентябрь 1914 г.) и корниловского мятежа (август - сентябрь 1917 г.). Относительно обоих этих сюжетов уже ко второй половине 20-х годов появилась обширная и разнообразная литература, как советская, так и зарубежная (и не только эмигрантская). Можно утверждать, что общая канва событий, линия поведения главных действующих лиц, многие документы (обращения, воззвания, директивы и т. д.) уже были в определенной степени описаны и опубликованы, хотя и без должной глубины и степени разработки. Например, о ходе корниловской авантюры Шолохов мог найти обильный фактический материал в ряде советских исследований и публикаций16 , а также во множестве газетных и журнальных материалов различного характера. Поэтому наличие в романе серии подробностей и любопытных деталей вполне объяснимо.

Еще подробнее развернута автором картина Галицийской битвы: номера и наименования армий, корпусов и дивизий, даже некоторых частей и подразделений в тексте пестрят весьма густо, как и имена военачальников. При написании соответствующих глав автору также было на что опереться. Блестящая победа русского оружия в Галиции в самом начале первой мировой войны вызвала пристальное внимание и тогда же породила обширную литературу - научную, публицистическую, мемуарную. А в советской историографии уже ко второй половине 20-х годов появил-

12 В. И. Ленин. Собрание сочинений. Изд. 1-е. Т. XIII.

13 См. А. А. Френкель. Орлы революции. Царицын. 1918; в 1920 г. эта брошюра была переиздана в Ростове-на-Дону.

14 "Красный архив", 1934, т. 67.

15 "Комсомольская правда", 17.VIII.1934.

16 В. Владимирова. Контрреволюция В1 1917 г. М. 1924; Е. И. Мартынов. Корнилов. Л. 1927, и др.

стр. 128

ся ряд исследований на эту тему, не потерявших отчасти своего значения и по сию пору17 .

В литературе (ограничимся здесь той, которую можно назвать батальной) сравнительно проще описывать события стратегического порядка. Это и понятно: чем выше уровень, тем рельефнее и действующие лица, и самые действия. Куда труднее воспроизвести "микромир" реальности. Здесь нужны очень конкретные, очень специфические познания. Они достигаются кропотливыми исследованиями разнообразного свойства: работой с архивными документами, мемуарами и прочими письменными источниками, сбором рассказов очевидцев и участников событий. Примечательно, что в процессе авторского описания мировой и гражданской войн герои "Тихого Дона" действуют, как правило, именно в "микромире". Тут-то и открывается самое интересное в изображении Шолоховым реальной исторической действительности.

...Григорий Мелехов после призыва на действительную службу был зачислен в 12-й Донской казачий полк. Произошло это, как можно судить по обстоятельствам действия, в январе 1914 года. Сотенным командиром Григория назван в романе подъесаул Полковников. Он же подписал письмо Пантелею Прокофьевичу о мнимой смерти Григория (на самом деле его лишь ранило). Полковников, персонаж в "Тихом Доне" сугубо эпизодический, есть вполне реальная личность, причем по-своему известная. В ЦГВИА сохранился послужной список Г. П. Полковникова, из коего явствует, что с начала 1914 г. он в чине есаула служил сотенным командиром в 12-м Донском полку, а с июля того же года - в штабе 11-й кавалерийской дивизии ^.Любопытна его дальнейшая судьба: в 1917 г. уже в чине полковника он был назначен Временным правительством главнокомандующим Петроградского военного округа и оказался последним ставленником дооктябрьского режима на этом посту, а в марте 1918 г. был расстрелян на Дону по приговору ревтрибунала 19 .

В начале первой мировой войны полк, в котором служил Г. Мелехов, говорится в романе при описании боевых действий, входил в 11-ю кавалерийскую дивизию. Здесь тоже все точно: в состав 11-й кавдивизии входил 12-й Донской полк20 , а названная дивизия была в составе 3-й армии (командующий генерал П. В. Рузский), которая в ходе Галицийской битвы заняла Львов. В тех же главах при описании боев под Бродами упомянут (как это часто бывает у Шолохова - вроде бы вскользь, мимоходом, как нечто малозначащее) сосед 11-й дивизии: "12-я кавалерийская дивизия под командой генерала Каледина". Ее командиром действительно был А. М. Каледин, одно из действующих лиц второй книги романа. Донской атаман, глава казачьей контрреволюции на Дону в 1917 г., Каледин застрелился 29 января (11 февраля) 1918 г. в Новочеркасске. Сцена его самоубийства описана в пятой части романа. В тех же главах упомянут полковник Каледин - командир 12-го Донского полка. По архивным данным, этим полком в 1914 г. действительно командовал полковник Каледин21 . В диалоге, услышанном Григорием, полковника называют Василием Максимовичем (генерала звали Алексеем Максимовичем). Пока не удалось установить, находился ли полковник в родственных отношениях с будущим донским атаманом; не известна нам и его дальнейшая судьба.

Григорий Мелехов получил первое ранение, как указано в романе, 15 августа 1914 г. в бою под городом Каменка-Струмило (ныне - Каменка-Бугская, в 32 км северо-восточнее Львова). Эти временные и географические подробности выясняются из письма есаула Полковникова Пантелею Прокофьевичу. При самом же описании боя никаких подробностей такого рода не дано: "Операция по захвату города началась рано утром", лишь ниже прибавлено: в наступлении наряду с другими соединениями участвовала 11-я дивизия. Привлечение военно-исторической литературы не только подтверждает факт упомянутого сражения, но и ставит его в общую цепь событий

17 "Стратегический очерк войны 1914 - 1918 гг.". Т. I. М. 1923; А. М. Зайончковский. Мировая война 1914 - 1918 гг. Общий стратегический очерк. Т. I. M. 1925; "Луцкий прорыв". Труды и материалы к операциям Юго-Западного фронта в мае - июне 1916 года. М. 1924, и др.

18 ЦГВИА, учетно-справочные материалы.

19 "Советская историческая энциклопедия". Т. 11. 1968, стб. 279.

20 ЦГВИА, ф. 3521, оп. 1, дд. 50, 166.

21 Там же, ф. 5066, оп. 1, д. 2, лл. 10 - 12.

стр. 129

Галицийской битвы. Именно с 13 по 21 сентября части 3-й и 8-й русских армий вели успешное наступление в направлении Перемышля. 11-я кавдивизия действовала до 18 сентября севернее Львова, выдвигаясь в сторону Равы- Русской22 , то есть именно в то время и в тех местах, где был ранен главный герой "Тихого Дона".

Шолохов тщательно следит за географическими и даже топографическими приметами места действия. Они столь же точны, как и его фактография, хотя это не сразу бросается в глаза. Она естественна, органична, потому-то вроде бы и незаметна, зеркально отображая мерное течение жизни. Вот в декабре 1913 г. (дата установлена нами по обстоятельствам действия) Григория вызывают в станицу Вёшенская и вручают извещение явиться на второй день Рождества (то есть 26 декабря ст. ст.) на сборный пункт в слободу Мальково, ибо предстоит призыв в армию. Указанная слобода находится близ оживленной железной дороги Воронеж - Ростов. Дорога эта уже существовала в описанное время. Естественно, что сбор призывников был назначен в том же пункте. По степным дорогам расстояние от Вёшенской до Малькова - около 120 километров 23 . В романе этих топографических подробностей нет. Но обстоятельства места и времени встроены в ткань повествования с обычной для Шолохова внутренней логикой. Вот Пантелей Прокофьевич с Григорием выезжают: "За день сделали верст семьдесят. На другие сутки (в домах уже зажигали огни) приехали в слободу Мальково". Итак, за полный день пути - 70 верст, за второй - неполный (так как приехали под вечер, в домах еще только зажигали свет, значит полная темнота не наступила, а речь идет о начале января) - сделали меньше, около 50 верст.

На исходе 1916 г. Григорий вспоминает боевые эпизоды своей воинской биографии. Среди прочих и такой: "В мае полк, вместе с остальными частями брусиловской армии, прорвал у Луцка фронт". Год не назван, но хорошо известно, что наступление Юго-Западного фронта (знаменитый Брусиловский прорыв) длилось с 22 мая по 13 августа (ст. ст.) 1916 года. Примечательно тут указание на время - "в мае". По данным ЦГВИА, 12-й Донской казачий полк сражался в составе этого фронта именно с 25 мая по 12 июня24 . Точно обозначено и место действия: Луцк был взят русскими войсками 25 мая.

Есаул Листницкий перед Февральской революцией бежал из своего полка, опасаясь мести казаков. Позже его направили в 14-й Донской казачий полк, куда он прибыл, как можно установить по тексту, приблизительно в начале мая 1917 г. (полк отбыл из Двинска 3 июля, а до этого, как сказано в романе, Листницкий провел там "около двух месяцев"). Назван и командир полка полковник Быкодаров. Он упоминается единственный раз, но это - реальное историческое лицо. В списках штаб- и обер-офицеров полка от 25 июля 1916 г. значится его командиром полковник Иван Федорович Быкодаров25 . Он находился на этой должности и в момент появления Листницкого: сохранился его приказ как командира 14-го полка от 30 апреля 1917 года26 .

В начале июля 1917 г. в Петрограде разразился очередной политический кризис. После июльских событий реакция перешла в наступление. Одним из проявлений этого был вызов в столицу "надежных" частей, преимущественно казачьих. Там оказался и 14-й Донской полк. В "Тихом Доне" читаем: "Третьего - приказ: "Не медля ни минуты - выступать". Эшелоны полка потянулись в Петроград. Седьмого июля копыта казачьих коней уже цокали по одетым в торцовую чешую улицам столицы". Действительно, 14-й полк прибыл в Петроград 6 июля27 . Личный состав должен был разместиться в казармах. Естественно, что патрульная служба началась только на следующий день. Караулы от этого полка, как и описано в романе, патрулировали на пет-

22 А. Белой. Галицийская битва. М. -Л. 1929, стр. 329, 336 - 337. Это исследование, где ход операции рассматривается очень детально, вышло в свет уже после опубликования соответствующих глав "Тихого Дона", причем главы эти в последующих изданиях не подвергались фактографической правке.

23 Расстояния здесь и далее рассчитаны нами по "Атласу автомобильных дорог СССР" (М. 1960), учитывая, что в степных районах Верхнего Дона направления грунтовых дорог за прошедшее время существенным образом не изменились.

24 ЦГВИА, ф. 5066, оп. 1, д. 44, лл. 1 об., 17.

25 Там же, ф. 5068, оп. 1, д. 89, л. 1.

26 Там же, д. 77, л. 139.

27 О. Н. Знаменский. Июльский кризис 1917 г. М. -Л. 1964, стр. 117.

стр. 130

роградских улицах. Среди других казачьих частей, дислоцированных летом 1917 г. в в столице, названы в "Тихом Доне" 1-й и 4-й полки, что также достоверно. Далее в романе рассказывается, как в "последних числах октября" сотня Листницкого охраняла Зимний дворец. Имеются в виду события 25 октября 1917 года. Б "Тихом Доне" говорится, что всего казаков было три сотни, пришли они в пешем строю, без коней, и покинули Зимний поздно вечером. Установлено, что в тот памятный день в Зимнем действительно до 22 часов находилось около 300 казаков, которые затем покинули его28 .

Среди второстепенных персонажей "Тихого Дона" довольно приметной фигурой является сотник Изварин. В переломное время конца 1917 - начала 1918 г. он оказался в одном полку с Григорием (во 2-м запасном). Молодой, энергичный, интеллигентный, умеющий убеждать и темпераментно спорить, он принадлежал к числу ярых донских автономистов. На какое-то время он оказал сильное воздействие на Григория, расписывая перед ним маниловские картинки будущей жизни "вольной Донской республики", которая-де станет великой державой, "независимой от Москвы". Честолюбивый краснобай Изварин - тоже вполне реальное историческое лицо. В романе он представлен с немалыми биографическими подробностями: "Ефим Изварин был сыном зажиточного казака Гундоровской станицы" (характерная примета социального происхождения идеолога автономии: из богатых и к тому же "низовских", то есть наиболее консервативных и сословно замкнутых слоев донского казачества); "образование получил в Новочеркасском юнкерском училище, по окончании его отправился на фронт в 10-й Донской казачий полк" и т. д. Действительно, в сохранившихся документах указанного полка Изварин упомянут в приказах с 23 января по 9 июня (ст. ст.) 1917 г.29 , Григорий же встретился с Извариным во Еторой половине 1917 г., уже в запасном полку. Как можно судить по отрывочным сведениям, реальный Изварин на белогвардейском Дону сделал карьеру, стал членом красновского "Войскового круга" в 1918 г. от Черкасского, "низовского" округа30 , получил чин подъесаула (капитана), пописывал в белогвардейских газетах, его имя упоминается и в мемуарной литературе31 .

В романе обстоятельно изложена политическая обстановка на Дону зимой - весной 1918 года. Среди действующих лиц - атаманы Каледин и Краснов, генералы Корнилов, Алексеев, Деникин, лидеры революционного казачества Подтелков и Кривошлы-ков, множество других исторических персонажей. Фактический материал здесь в основном почерпнут автором из сочинений, которые появились еще до завершения пятой части романа32 . Так, в "Тихом Доне" подробно описан съезд казаков-фронтовиков в станице Каменской (ныне г. Каменск-Шахтинский). Это было очень важное политическое событие в жизни края: большевистская партия, рабочий класс повели за собой основную массу трудового казачества Дона. Не случайно был созван съезд именно фронтовиков, то есть участников империалистической войны: они являлись не только наиболее политически опытными в своей среде людьми, но и социально наиболее активными. Именно на них опиралась партия большевиков среди казачьего населения (в романе есть краткая и точная ремарка по поводу политического настроения в станицах после Великого Октября: "старики не ладили с фронтовиками"). Съезд был созван 10 (23) января 1918 г. по инициативе большевистского Военно-Революционного комитета, находившегося тогда в Воронеже, ибо на Дону еще держался атаман Каледин и всем заправляло контрреволюционное офицерство. Съезд принял большевистские резолюции и послал делегатов на III Всероссийский съезд Советов, а на другой день в Каменской состоялся грандиозный митинг, где собралось до 50 тыс. человек. Резолюция митинга целиком одобряла политическую линию закончившегося съезда33 . Партия придавала огромное значение революционной работе среди казаков.

28 И. И. Минц. История Великого Октября. Т. II. М. 1968, стр. 1029, 1085

29 ЦГВИА. ф. 5064. оп. 1, д. 39, л. 21; д. 38, л. 29 об.

30 ЦГАОР СССР, учетные данные справочного отдела.

31 И. Калинин. Русская Вандея. М. -Л. 1926, стр. 180.

32 "Пролетарская революция на Дону". М. -Л. 1924; В. А. Антонов- Овсеенко. Записки о гражданской войне. Т. 1. М. 1924; Н. Л. Янчевский. Гражданская борьба на Северном Кавказе. Тт. I-II. Ростов-на-Дону. 1927.

33 М. И. Корчин. Донское казачество (из прошлого). Ростов-на-Дону 1949 стр. 100.

стр. 131

Делегация донцов по прибытии в Петроград на съезд Советов была принята 16 (29) января В. И. Лениным34 .

Шолохов приводит на съезд в Каменской Григория Мелехова, Котлярова и Хрисанфа Токина. Через эпизоды с их участием представлен обильный фактический материал исторического характера. Например, упомянуты имена большевиков Щаденко и Мандельштама "с Москвы". Действительно, на съезде активно действовал руководитель Каменской большевистской организации Е. А. Щаденко, один из будущих героев 1-й Конной армии. Врач А. В. Мандельштам, один из членов большевистской делегации, приехавшей из Воронежа, был на съезде заметной фигурой35 . Позднейший мемуарист рассказывает, как Мандельштам "стал говорить о мерах правительства по освобождению казаков от известной служебной кабалы, о снаряжении казаков, проходящих военное обучение, за счет государства". В зале, продолжает мемуарист, его выступление вызвало у некоторых казаков отрицательную реакцию: "Нас не купишь... Не продаемся жидам! - Тоже, видать, власть! Не нашлось там русского, чтобы на Дон послать? - Там у них, почитай, один Ленин русский, остальные..."36 . В мемуарах передано чувство недоверия части рядовых казаков к "чужим", "пришлым", в особенности к евреям, ибо антисемитские настроения усиленно распространялись среди казачества. Лицам иудейского вероисповедания, как известно, с 1880 г. и вплоть до 1917 г. запрещалось селиться в пределах Донской области. Или вот еще один эпизод романа: вечером после закрытия съезда Христоня "с казаками направился каменские власти арестовывать" (имеются в виду сторонники атамана Каледина), вернулся на квартиру ночью, получив "огнестрельную царапину выше лба", и пояснил: "Это меня, стал быть, воинский начальник скобельнул из нагана. Пришли к нему, как гости, с парадного, а он зачал обороняться. Ишо одного казака ранил". Так и было. По свидетельству того же мемуариста, вечером 10 января в Каменской были арестованы 250 офицеров, причем "начальник местной воинской команды войсковой старшина Астахов" выстрелил через дверь из револьвера и ранил казака-атаманца37 . Напомним, что Христоня - именно бывший атаманец.

Ожесточенные бои в западной части Донской области в январе 1918 г. также детально описаны в романе: наступление белогвардейского отряда есаула Чернецова, взятие им Каменской, мобилизация красных казаков, их контрнаступление, бой под станицей Глубокая (теперь г. Глубокий). Все это подробно освещалось в местной периодической печати того времени38 . Весьма вероятно, что Шолохов использовал эти источники. Необычайно сильно написанная им сцена с пленными чернецовцами также имеет под собой точную историческую подоснову39 . Подробно описана в "Тихом Доне" и трагическая эпопея Федора Подтелкова. Уже говорилось, что основным источником для автора явилась брошюра А. А. Френкеля; автор ее был участником событий, и ему удалось спастись от гибели.

Развал, внутреннее разложение белоказачьей армии Краснова в конце 1918 г. обрисованы в "Тихом Доне" довольно обстоятельно. Общий процесс этот, вызванный острейшими социальными противоречиями, показан на примере 28- го полка, в котором служил сотенным командиром хорунжий Петр Мелехов. Действительно, названный полк одним из первых в красновской армии восстал против контрреволюционного офицерства и в полном составе оставил фронт. Об этом много писала советская печать в январе 1918 г.: "28-й полк восстал, его поддержали 32-й и 34-й; 2-й полк ушел в тыл. Создаются ревкомы в казачьих частях"; "по сообщению делегата от казаков, перешедшего к красным, 28-й полк бросил позиции и возвратился в Вёшенскую... Делегаты 28-го полка пошли в другие полки, в результате 32-й, 33-й и Машковский полки ушли с занимаемой ими позиции"40 . Эпизод, когда казаки 28-го пол-

34 См. В. И. Ленин. ПСС. Т. 35, стр. 573; см. также "Владимир Ильич Ленин. Биографическая хроника". Т. 5. М. 1974, стр. 210.

35 Ю. К. Кириенко Крах калединщины. М. 1976, стр. 177, 179.

36 С. И. Кудинов. Этого не забудешь. Воспоминания. Ростов-на-Дону. 1957, стр. 59.

37 Там же, стр. 63.

38 "Хроника исторических событий на Дону, Кубани и в Черноморье". Вып. 1: март 1917- март 1918. Ростов-на-Дону. 1939, стр. 127 ел.

39 С. И. Кудинов. Указ. соч., стр. 95.

40 "Правда", 3. II. 1919; "Известия ВЦИК", 26. I. 1919.

стр. 132

ка, бросившие фронт, собрались в Вёшенской на революционный митинг, выразительно описан в романе через восприятие Петра Мелехова. Случилось это в середине января 1919 года (н. ст.). А через несколько дней части Красной Армии заняли Верхне-Донской край. 8 февраля газета "Правда" сообщила о занятии всего верхнего течения Дона до станицы Усть-Медведицкая. Григорий и Петр Мелеховы, бросив распавшуюся красновскую армию, остались дома, в хуторе Татарском. Казаки напряженно ожидают прихода красных. И вот: "В полдень через хутор спешным маршем прошел 6-й Мценский краснознаменный полк". Из документов ЦГАСА явствует, что как раз в январе 1919 г. 6-й Советский Мценский стрелковый полк участвовал в боях против белоказаков на Верхнем Дону, причем именно в районе Вёшенской. Он входил в состав 1-й бригады 15-й Инзенской стрелковой дивизии41 .

Вскоре в Татарском были арестованы Мирон Коршунов и еще несколько зажиточных казаков. Их отправили в Вёшенскую, где, как сказано в романе, располагался тогда ревтрибунал Инзенской дивизии. Событие это произошло, как удалось установить путем текстологического анализа, в феврале 1919 года. Из материалов того же архива явствует, что Инзенская дивизия в январе - феврале 1919 г. вела стремительное наступление со стороны Воронежской губернии на юг, между реками Битюгом и Хопром и, перейдя Дон, пошла далее к Северскому Донцу. Удалось установить, что штаб дивизии с 9 по 16 февраля 1919 г. располагался в Вёшенской. Очевидно, дивизионный трибунал как подразделение штаба находился там же42 .

В событийной линии романа важное место занимает история Вёшенского бело- казачьего восстания, длившегося с начала марта по начало июня 1919 г. - срок не столь уж длительный для эпопеи, обнимающей собою 10 лет невероятно насыщенной драматизмом эпохи. Однако описание событий, так или иначе связанных с ходом указанного восстания, охватило в романе большую площадь шестой части и половину седьмой, что в совокупности составляет 23% текста всего романа. Это и не удивительно. Обстоятельства Вёшенского восстания сыграли огромную роль в судьбе всех главных героев "Тихого Дона". Трагический поворот совершился в жизни Григория - он порвал с Советской властью и пролил кровь трудового народа России; гражданский, политический путь его сбился; то же произошло и в личном плане: жена в мучениях умерла, дети осиротели... Гибнут в беспощадной гражданской войне Петр Мелехов, Котляров, Штокман, сложили головы многие друзья Григория, его земляки- хуторяне.

В ходе гражданской войны контрреволюция неоднократно поднимала восстания против Советского государства. Социальной базой этих движений нередко являлись зажиточные слои крестьянства, а порою и не столь зажиточные, когда кулачеству удавалось на какое-то время увлечь за собой часть среднего крестьянства. Крупнейшими среди подобных выступлений были махновщина и григорьевщина на Украине, затем антоновщина в Центральной России, Западно- Сибирский и Кронштадтский мятежи 1921 года. Все эти мелкобуржуазные выступления получили освещение в научной литературе43 . Однако Вёшенское восстание по сию пору не отражено ни в одном сколько-нибудь подробном специальном исследовании44 . В период работы над соответствующими главами романа Шолохов вынужден был отметить: "Трудность еще в том, что в третьей книге я даю показ Вёшенского восстания, еще не освещенного в литературе"45 . Это верно. К 1930 г. имелись лишь 2 опубликованные работы с кратким описанием тех событий. Прежде всего двухтомное обобщающее исследование военного историка Н. Е. Какурина "Как сражалась революция", изданное в 1925 году. В молодой советской историографии это была первая крупная работа по истории боевых действий на фронтах гражданской войны. Следует отдать должное автору, бывшему генштабисту старой армии, который создал интересный и оригинальный труд, не потерявший своего значения поныне. Однако обобщающая работа на столь обширную тему не могла не содержать пробелов и упущений. При публикации третьей книги "Тихого Дона" (точнее - глав, посвященных Вёшенскому восстанию) Шолохов

41 ЦГАСА, ф. 100, оп. 2, д .246; ф. 191, оп. 3, дд. 70, 122, 123.

42 Там же, ф. 1250, оп. 1, дд. 669, 674.

43 Библиографию см.: Д. Л. Голинков. Крушение антисоветского подполья в СССР (1917 - 1925 гг.). М. 1975.

44 Об этом нам уже приходилось писать ("Вопросы истории", 1976, N 2, стр. 161).

45 "На подъеме", 1930, N 6, стр. 172.

стр. 133

сделал уточняющее примечание, справедливо оспаривая точность какуринских данных относительно численности повстанцев, их вооружения и подавления мятежа46 . Еще более скупые сведения содержались в публицистической книге Д. Кина47 .

В 20-е и отчасти 30-е годы за рубежом, преимущественно в странах Западной Европы, появилось немало белоэмигрантских сочинений на темы гражданской войны. Пронизанные, как правило, невероятной ненавистью ко всему советскому, дышащие классовой злобой к государству трудящихся, эти произведения, однако, тоже представляют собой своеобразный источник. В частности, написали обширные сочинения с рядом любопытных деталей "вожди" южнорусской контрреволюции Деникин, Краснов, Лукомский. Все они, кстати, являются действующими лицами "Тихого Дона", выступающими там под собственными именами. Но в генеральских публикациях не нашлось места для описания Вёшенского восстания. Оно и понятно: документов малограмотные казаки-повстанцы не оставили, а высокопоставленные мемуаристы слишком мало интересовались делами "низших чинов". Например, в наиболее детальном из подобного рода сочинений - в мемуарных очерках Деникина среди подробнейших описаний разного рода действий и операций "классической", так сказать, белогвардейщины Верхне-Донскому антисоветскому мятежу уделено лишь несколько разрозненных абзацев. Правда, располагая, очевидно, данными белой разведки, генерал довольно точно определял повстанческие вооруженные силы: 30 тыс. бойцов и 6 орудий48 . Характерно и другое: среди вёшенских повстанцев, как это изображено у Шолохова, офицеров оказалось всего несколько человек, да и те были, что называется, "черная кость". Ясно, что они не очень-то были горазды сочинять мемуары, оказавшись затем волею судеб в эмиграции. Из их числа только номинальный глава мятежников хорунжий Павел Кудинов оставил воспоминания49 . Они представляют определенный интерес, но вышли в свет уже после того, как соответствующие главы "Тихого Дона" были закончены и переданы для издания50 .

Таким образом, при написании одного из главнейших разделов "Тихого Дона" его автор мог опереться лишь на малое количество опубликованных материалов, к тому же не бесспорно достоверных. Практически ему пришлось самому воссоздавать трагедию десятков тысяч людей, провокационно вовлеченных в антинародную авантюру. Как же Шолохов решил свою задачу? В одной из последних бесед с журналистами он дал следующий ответ: "Надо иметь в виду, что формировался я и отроческие годы мои прошли в разгар гражданской войны. Тема была на глазах, тема для рассказов, очерков. Трагедийная эпоха была... Отроческий взгляд - самый пытливый взгляд у человека. Все видит, все приметит, узнает, везде побывает. Мне легко было, когда касалось фактического материала. Трудности пришли потом, когда надо было писать и знать историю гражданской войны. Тут уже потребовалось сидение в архивах, изучение мемуарной литературы. Причем не только нашей, но и эмигрантской... Затем знакомство с казаками, участвовавшими в этой войне. Самая профессия моя до писателя - учитель, статистик, продовольственный работник - знакомила меня с огромным количеством людей... Разговоры, воспоминания участников - так слагался костяк. А бытовая сторона, она ведь тоже наблюдалась, потому что жил я в разных хуторах" 51 .

В этом кратком рассказе исчерпывающе отражены методы работы Шолохова над материалом романа. Бесспорно, что историческая достоверность объясняется отчасти кропотливой работой с мемуарами и архивными материалами. Но именно отчасти, ибо здесь следует подчеркнуть и другое: в романе содержатся сведения, которые вообще не могли быть почерпнуты из какого-либо письменного источника. Диспозиции мел-

46 "Октябрь", 1932, N 7, стр. 11.

47 Д. К ин. Деникинщина. Л. 1927.

48 А. И. Деникин. Указ. соч. Т. VI. Париж. 1925, стр. 78.

49 "Вольное казачество", Париж, 1931, NN 77 - 85; 1932, N 101.

50 Первый отрывок из шестой части "Тихого Дона" опубликован 28 декабря 1928 г. в ростовской газете "Молот", начальные главы - в журнале "Октябрь" (1929. NN 1 - 3). Целиком рукопись представлена в тот же журнал весной 1931 г., однако рапповские деятели затормозили публикацию. 6 июня 1931 г. Шолохов сообщил об этом М. Горькому, который обратился за содействием к А. Фадееву. Текст шестой части опубликован в "Октябре" в 1932 г. (NN 1 - 8, 10).

51 "Литературная Россия", 23. V. 19 - 75.

стр. 134

ких повстанческих подразделений в разные периоды борьбы, имена и звания их командиров, даты и подробности боев и многое другое вряд ли могло быть отражено в каких-либо документах: повстанцы, в подавляющем большинстве малограмотные казаки, не умели и не хотели писать документы (это, кстати, показано Шолоховым на примере переписки между Григорием Мелеховым и Кудиновым; в любой регулярной армии подобное пренебрежение к приказной форме просто немыслимо себе представить). Писатель в свое время опросил многих свидетелей и участников гражданской войны на Дону. Среди этих свидетелей могли быть даже видные заправилы мятежа. Литературный критик И. Лежнев сообщил (очевидно, со слов самого Шолохова), что в Вёшенский район в 1923 г. по амнистии вернулось из эмиграции свыше 3 тыс. бывших белогвардейцев, в том числе немало офицеров52 . Шолохов не только сам был очевидцем описываемых событий, но также - и это особенно важно - земляком своих героев. Он жил их жизнью, а в отношении некоторых из них являлся их плотью от плоти и костью от кости. Тысячеустая молва разворошенного революцией мира доносила до него такие факты и такие сведения, с которыми не могли соперничать архивы и библиотеки целого света. Особенно это характерно для глав, посвященных трагическим событиям Вёшенского мятежа.

Какие же причины породили это трагическое событие? Весной 1931 г. рапповские деятели, задерживая публикацию шестой части "Тихого Дона", обвиняли автора в "кулацком уклоне". Шолохов, обращаясь за содействием к М. Горькому, писал ему: "6-я часть почти целиком посвящена восстанию на Верхнем Дону в 1919 году. ...Теперь несколько замечаний о восстании. 1. Возникло оно в результате перегибов по отношению к казаку-середняку. 2. Этим обстоятельством воспользовались эмиссары Деникина, работавшие в Верхне-Донском округе и превратившие разновременные повстанческие вспышки в поголовное организованное выступление. Причем характерно то, что иногородние, бывшие до этого, по сути, опорой Советской власти на Дону, в преобладающем большинстве дрались на стороне повстанцев, создав свои т. н. "Иногородние дружины", и дрались ожесточенней, а следовательно, и лучше казаков-повстанцев... Наиболее мощная экономически верхушка станицы и хутора - купцы, попы, мельники отделывались денежной контрибуцией, а под пулю шли казаки, зачастую из низов социальной прослойки. И естественно, что такая политика, проводимая некоторыми представителями Советской власти, иногда даже заведомыми врагами, была истолкована как желание уничтожить не классы, а казачество"53 .

В этом письме Шолохов выступает как историк, ибо упомянутые им политические и социальные обстоятельства отражены в романе в художественно образной форме. Без малого через 30 лет, когда были открыты и изучены многие документы, в коллективном труде советских военных историков причины мятежа были определены принципиально так же, как и в шолоховском письме: "Вёшенский мятеж был проявлением колебаний, переживаемых в тот период трудовым казачеством. Причиной мятежа были также и серьезные ошибки, допущенные местными органами Советской власти зимой 1918 - 19 года... Зачастую под удар попадала не только казацкая верхушка, но и трудовое казачество. Нередко проводилось выселение из хуторов и станиц, помимо контрреволюционной части казачества - также и трудовых казаков. Производились многочисленные аресты, само слово "казак" изгонялось из обихода и т. д."54 . И в оценке новейшей советской историографии и в письме Шолохова говорится о пресловутой политике "расказачивания", которая сыграла вредную роль в процессе гражданской войны на Юге России. Ответственность за эти действия падает на "левых" уклонистов, которые ставили знак равенства между кулаком и крестьянином- тружеником и настаивали на неограниченном проведении суровых карательных мер, отнюдь не вызывавшихся политической или военной необходимостью.

Сохранилось немало документов, подтверждающих, что в подобного рода действиях участвовали люди случайные, с несоветскими настроениями. Буквально накануне восстания, около 10 марта 1919 г., командир 1-й стрелковой бригады 10-й армии так докладывал о происшествиях в станице Атаманской: "При объезде мною самой стани-

52 И. Лежнев. Указ. соч., стр. 256.

53 "Литературное наследство". Т. 70. 1963, стр. 695.

54 "История гражданской войны в СССР". Т. 4. М. 1959, стр. 91 - 92.

стр. 135

цы видно, что все магазины разграблены, в пустых домах все уничтожено и масса побитых стекол... Жители станицы, увидев во вверенной мне бригаде порядок, которая шла колоннами с песнями, ко мне стали поступать жалобы на стоящую раньше там бригаду, люди которой двое суток занимались грабежом". Комбриг просил командование армии наказать виновных, ибо подобные факты могут привести к "тяжелым последствиям для всех завоеваний трудового народа"55 . Такие случаи являлись редким исключением, ибо дисциплина в советских частях соблюдалась в высшей степени строго, а меры, применявшиеся к нарушителям, были самыми суровыми. Ио в данном случае речь идет, возможно, о сознательном попустительстве, о серьезных ошибках или о глупости. Ленин 3 июня 1919 г. вынужден был послать Реввоенсовету Южного фронта такую телеграмму: "Ревком Котельниковского района Донской области приказом 27 упраздняет название "станица", устанавливая наименование "волость", сообразно с чем делит Котельниковский район на волости. В разных районах области запрещается местной властью носить лампасы и упраздняется слово "казак". В 9 армии т. Рогачевым реквизируется огульно у трудового казачества конская упряжь с телегами. Во многих местах области запрещаются местные ярмарки крестьянским обиходом. В станице назначают комиссарами австрийских военнопленных. Обращаем внимание на необходимость быть особенно осторожными в ломке таких бытовых мелочей, совершенно не имеющих значения в общей политике и вместе с тем раздражающих население. Держите твердо курс в основных вопросах и идите навстречу, делайте поблажки в привычных населению архаических пережитках" 56 .

В "Тихом Доне" ни прямо, ни косвенно не приводится дата начала Вёшенского мятежа. Но по ряду обстоятельств можно установить, что действие происходит до начала марта (в соответствующих главах романа время дано по старому календарю). Документы штаба Южного фронта называют 10 - 11 марта 1919 г., причем центром мятежа указана станица Еланская57 . У Шолохова последняя подробность нашла отражение: старик казак, прискакавший на хутор Рыбный, где прячется Григорий, кричит: "Весь Еланский юрт поднялся с малу до велика. В Вёшенской выгнали красных". Последовательность перечисления тут не случайна: сперва восстали еланцы, а потом уже вёшенцы (мятеж получил название по имени последней станицы потому, что позже именно там разместился штаб повстанцев). К тому времени наступление Красной Армии остановилось на рубеже Северского Донца, в районе Каменская - Белая Калитва58 . По прямой это составляет лишь около 180 км до Вёшенской. Иными словами, мятеж произошел в близком тылу красного фронта. Чрезвычайно опасные последствия данного обстоятельства очевидны. Силы повстанцев были по масштабам гражданской войны немалыми и на начало апреля составляли 30 тыс. человек, преимущественно кавалерии, а также 6 орудий и 27 пулеметов59 . В "Тихом Доне" приводятся примерно сходные сведения: 25 тыс. конных и 10 тыс. пеших бойцов, 6 артиллерийских батарей, около 150 пулеметов. Разница в исчислении воинской техники не должна настораживать: повстанцы имели крайне ограниченное количество боеприпасов, поэтому большинство их орудий и пулеметов по этой причине бездействовало (о чем не раз говорят герои "Тихого Дона"), а красная разведка засекала, естественно, прежде всего действующую военную технику.

В романе приведена подробная дислокация повстанческих войск на апрель 1919 г., то есть в период их наибольших первоначальных успехов; они занимали территорию от верхнего течения Чира до низовьев Медведицы, на севере по линии станиц Слащевская - Шумилинская, на западе по линии Казанская - Машковская. Шолохов пишет, что линия фронта повстанцев имела 400 верст в окружности. В архивах подробных данных о дислокации повстанцев обнаружить не удалось. В позднейших воспоминаниях участника гражданской войны на Дону Маршала Советского Союза К. А. Мерецкова приведены сведения о мятеже Вёшенской, Казанской, Мигулинской, Еланской и Усть- Хопёрской станиц, поддержанных казаками хуторов Наполо-

55 ЦГАСА, ф. 100, оп. 3, д. 99, л. 10.

56 В. И. Ленин. ПСС. Т. 50, стр. 387; см. также там же, стр. 480.

57 ЦГАСА, ф. 100, оп. 3, д. 100, л. 16.

58 "История гражданской войны в СССР". Т. 3, стр. 344.

59 ЦГАСА, ф. 192, оп. 3, д. 162.

стр. 136

ва, Астахова, Шумилина и Солонков60 . В книге Д. Кина говорится, что мятеж охватил площадь в 10 тыс. кв. км и простирался от станицы Усть- Медведицкая (теперь г. Серафимович) до Богучара61 . Эти же данные приведены в "Истории гражданской войны". В целом указанные сведения совпадают с теми, которые имеются в романе, хотя у писателя они гораздо подробнее и точнее. Очевидно, Шолохов опирался на какие-то лишь ему доступные местные источники.

Советское командование сразу же приняло меры к подавлению мятежа, но они оказались далеко не простыми. Основную массу повстанцев составляли опытные в военном деле казаки. Обладая навыками профессиональных солдат, они быстро сорганизовались в подобие сотен, полков и даже дивизий, хотя организация их была зыбкой и неустойчивой. Командирами этих формирований стали младшие офицеры или опытные унтер-офицеры старой армии. Так, повстанческими дивизиями командовали хорунжие П. Кудинов и Г. Богатырев, подхорунжий К. Медведев, вахмистр Меркулов (все они действующие лица "Тихого Дона"). Кроме того, в момент мятежа его участникам удалось захватить немало красноармейских складов. В телеграмме командующего Южным фронтом В. М. Гиттиса от 15 марта сообщалось по этому поводу: "Помимо спрятанного вооружения, в крупных и заведомо контрреволюционных станицах оказались склады винтовок, патронов, даже пулеметов в виде готовых арсеналов для восставших казаков, огромные транспорты с тыла с боевыми припасами направлялись к фронту через контрреволюционные станицы без надлежащего прикрытия в районе этих станиц, масса пленных казаков по опросу их в штадивах распускалась по домам в свои станицы, где они в любой момент могли опять сорганизоваться в свои сотни как готовые бойцы, имея под рукой оружие"62 . В другом документе штаба Южфрон-та за то же число сообщалось, что в Вёшенской казачьи повстанцы захватили 1 500 винтовок и 3 орудия, хотя и без замков63 . Подобное происходило практически по всей территории мятежа, и у повстанцев оказалось достаточно стрелкового оружия, а иа первое время - и боеприпасов к нему.

Части Красной Армии в ту пору вели тяжелые бои с деникинцами северо- восточнее Ростова, и на подавление мятежа были направлены войска из резерва. Так, в середине марта 8-я армия послала в район восстания два полка слабого состава, батарею и кавдивизион, а также несколько маршевых рот, 9-я армия - 5-й Заамурский полк в полном составе64 . Позднее к району мятежа подтягивались новые красноармейские части. Они были объединены в Экспедиционные войска под командованием Т. С. Хвесина и в общей сложности состояли из двух сводных дивизий трехбригадного состава65 , подчиненных непосредственно командованию Южного фронта. Численность их в разгар боев достигала, по данным, приведенным в "Тихом Доне", 20 тыс. штыков, а специальная работа называет цифру в 14 тысяч бойцов66 . Долгое время борьба против мятежников не приносила ощутимых успехов. Причины этого штаб Южфронта определял так: "Вследствие разрозненных действий наших экспчастей ликвидация восстания затянулась, а район восстания даже несколько расширился на юго- и северо-запад67 . Размах Верхне-Донского казачьего мятежа вызвал серьезную тревогу у Советского правительства. 14 ленинских телеграмм, записок и распоряжений, большей частью шифрованных, посвящены непосредственно боевым действиям на Верхнем Дону, причем все они появились за сравнительно короткий срок - с 20 апреля по б июня 1919 года. Ленин требовательно торопил командиров Южного фронта и прилагал все меры к тому, чтобы оказать Экспедиционным войскам необходимую помощь и поддержку. 22 мая: сверх присланной ранее 1 тыс. курсантов "дадим туда еще тысячу курсантов"68 ; 24 мая Ленин шлет телеграмму в Тамбов с требованием увеличить мобилизацию коммунистов для Южного фронта69 ; в тот же день сходная теле-

60 К. А. Мерецков. На службе народу. М. 1968, стр. 36.

61 Д. Кин. Указ. соч., стр. 43.

62 ЦГАСА, ф. 100, оп. 3, д. 100, л. 16.

63 Там же, д. 99, л. 25.

64 Там же, л. 16 об.

65 Там же, д. 125, л. 85; ф. 910, оп. 1, д. 2, л. 23.

66 "История гражданской войны в СССР". Т. 4, стр. 174.

67 ЦГАСА, ф. 100, оп. 3, д. 100, л. 31.

68 В. И. Ленин. ПСС, Т. 50, стр. 321.

69 Там же, стр. 322.

стр. 137

грамма была отправлена в Воронеж70 . Понимая, что одних военных мер недостаточно, Ленин еще 24 апреля запрашивал Южфронт, имея в виду казаков- повстанцев: "Нельзя ли обещать амнистию и этой ценой разоружить полностью? Отвечайте тотчас"71 .

...Вёшенский мятеж в разгаре; казаки наступают; на дворе, как можно полагать, конец марта, или по новому стилю начало апреля 1919 года. Дивизия Григория Мелехова продвигается на юг, в сторону фронта. То было основное стратегическое направление для обеих сторон, ибо повстанцы могли уцелеть только при соединении с белогвардейцами, что ни для кого не являлось секретом. Навстречу мелеховской дивизии двигались с юга части Красной Армии. Григорий допрашивает пленного красноармейца, казака с Верхнего Дона, хоперца:

"- Какие полки были в бою вчера?

- Наш Третий казачий имени Стеньки Разина. В нем почти все с Хоперского округа казаки. Пятый Заамурский, Двенадцатый кавалерийский и Шестой Мценский.

- Под чьей общей командой? Говорят, Киквидзе вел?

- Нет, товарищ Домнич сводным отрядом командовал".

Краткий и вроде бы малозначительный, этот отрывок замечателен по своей исторической достоверности. По архивным данным, 3-й Донской казачий полк (так он официально назывался; "имени Степана Разина" - бытовое наименование) входил в марте - мае 1919 г. в состав 16-й стрелковой дивизии72 . В указанный период дивизия вела бои в районе станции Глубокая, то есть в сотне верст от района мятежа73 . Возможно, один из полков дивизии (или подразделение) был направлен с фронта на подавление мятежа. 5-й Заамурский кавалерийский полк (официальное наименование) входил в состав 36-й стрелковой дивизии, в полном составе был направлен на ликвидацию мятежа и вошел в состав Экспвойск (по данным на 9 мая)74 . О 6-м Мценском полку говорилось выше. Отметим характерную деталь: среди Экспедиционных войск не было 12-го кавалерийского полка, но имелся 13-й кавполк, действовавший против повстанцев75 . Им-то и командовал упомянутый красноармейцам И. Н. Домнич76 . Очевидно, пленный спутал или же намеренно исказил факты. Напомним, -что он не проявлял никакой охоты перейти к повстанцам, как предлагал ему Григорий, хотя знал, конечно, какая участь его могла ожидать. Но спутал (или исказил намеренно) номер полка именно пленный, а не автор, ибо несколькими страницами спустя в романе прямо говорится про 13-й кавполк, бойцы которого теснили повстанцев. Не случаен и вопрос Григория про Киквидзе. 3-й полк входил в 16-ю дивизию, которой ранее действительно командовал герой гражданской войны В. И. Киквидзе, погибший в январе 1919 года. Григорий не мог о нем не слышать, так как эта дивизия еще в 1918 г. покрыла себя славой под Царицыном в боях с белоказачьей Донской армией, в войсках которой довелось тогда служить и герою "Тихого Дона". Но Григорий мог не знать о гибели начдива; характерно также, что пленный хоперец не спешит сообщить ему об этом.

С началом Вёшенского восстания Штокману, Котлярову и Кошевому удалось, бежав из хутора Татарского, соединиться со своими. В Усть-Хопёрской станице они влились в 1-й Московский полк. В романе подробно рассказывается, что полк состоял почти целиком из рабочих, политкомиссар пришел с завода Михельсона и т. д. Имен здесь не названо, но реальная подоснова точна. По архивным данным, 1-я Московская рабочая дивизия (официальное наименование) в указанное время сражалась на рубеже Северского Донца в соседстве с уже упоминавшейся 15-й Инзенской дивизией77 , а 1-й Московский губернский полк (официальное наименование), по данным на 9 мая

70 Там же, стр. 323.

71 Там же, стр. 290.

72 ЦГАСА, ф. 1255, оп. 2, дд. 11, 263, 269.

73 Там же, ф. 100, оп. 2, д. 246.

74 Там же, оп. 3, д. 478, л. 62.

75 Там же, ф. 56; оп. 2, д. 246.

76 Об Иване Несторовиче Домниче недавно были опубликованы такие биографические сведения: солдат-кавалерист, потом унтер-офицер, участник мировой войны, активный борец за Советскую власть, делегат III Всероссийского съезда Советов, комбриг Красной Армии; погиб на фронте в 1920 г. ("Литературная Россия", 31. I. 1975).

77 ЦГАСА, ф. 191, оп. 5, д. 65.

стр. 138

1919 г., входил в состав Экспвойск78 . Среди красноармейских частей, брошенных в апреле против повстанцев, Шолохов назвал также Рязанские и Тамбовские курсы, которые, как сказано, "дрались с беззаветным мужеством". О них в романе налицо лишь упоминание. Архивные же материалы подтверждают: в середине апреля 1919 г. на пополнение Экспедиционных войск прибыли 1-е Тамбовские пехотные курсы и 30-е Рязанские пехотные курсы79 . Использование будущих командиров в качестве рядовых бойцов было чрезвычайной мерой. Ленин понимал это и с тревогою отмечал в записке от 28 мая: "Нам приходится прибегать к героическим мерам вплоть до посылки на юг массами командных курсов, что в ближайшее время может лишить Красную Армию красных командиров"80 .

Хорошо известна сцена из романа, когда Григорий зарубил четырех матросов. Тут тоже есть реальная подоснова. В перечне частей Экспвойск значатся 1-й, 2- й и 3-й батальоны 3-го Кронштадтского полка, а также отдельно действовавший Морской батальон пехоты81 . Примечательно, что в другом месте Шолохов рассказывает, как в мае "казаками был почти целиком истреблен только недавно прибывший Кронштадтский полк". Чуть позже описывается эпизод героической гибели окруженных на берегу Дона красноармейцев, завершающийся авторской ремаркой: "Сто шестнадцать павших последними возле Дона были все коммунисты Интернациональной роты". А среди частей Экспвойск в документах назван 2-й Интернациональный батальон82 .

Заметное место в романе занимает описание антисоветского мятежа в Сердобском полку. В ходе этих событий гибнет Штокман, зверски расправляются с Котляровым, тяжелый след остается в сознании Михаила Кошевого. В разгар гражданской войны случаи мятежей в отдельных нестойких частях Красной Армии имели место на различных фронтах, но причины были, как правило, одинаковыми: нарушение классового принципа при их формировании; слабость политической работы; враждебная настроенность, а то и прямой заговор комсостава из бывших офицеров. У Шолохова все эти факторы показаны не только в образной форме, но и прямым авторским словом: "Среди красноармейцев - сплошь саратовских крестьян поздних возрастов - явно намечались настроения, ничуть не способствовавшие поднятию боевого духа. В роте было удручающе много неграмотных и выходцев из зажиточно- кулацкой части деревни. Комсостав полка наполовину состоял из бывших офицеров; комиссар - слабохарактерный и безвольный человек - не пользовался среди красноармейцев авторитетом; а изменники - командир полка, начальник штаба и двое ротных командиров, - задумав сдать полк, на глазах ничего не видевшей ячейки вели преступную работу по деморализации красноармейской массы". Социальный анализ тут безупречен: названы все важнейшие факторы мятежа. Но интереснее, пожалуй, то, что конкретная история этого мелкого эпизода гражданской войны отражена Шолоховым в полном соответствии с реальными событиями.

В "Истории гражданской войны" при изложении хода боев в январе 1919 г. во время победного наступления красных войск на белоказачью армию отмечен как особо отличившийся 4-й Сердобский полк Уральской дивизии; далее сказано, что тогда же "большая часть полка погибла в боях", было "убито много коммунистов-красноармейцев"83 . По архивным данным, в декабре 1918 г. 4-й Сердобский полк прибыл на Южный фронт в составе 3-й Уральской дивизии. В феврале 1919 г., очевидно, вследствие больших потерь, этот полк вместе с другими частями или скорее всего с остатками их был влит в состав 23- й стрелковой дивизии и стал официально называться 204-й Сердобский стрелковый полк84 . Таким образом, новая часть состояла из остатков некогда боеспособных подразделений, пополненных новобранцами из Пензенской губернии, на юге которой стоит Сердобск. О пагубных настроениях среди части бойцов 23-й дивизии также упоминалось в нашей литературе 85 "

78 Там же, ф. 100, оп. 3, д. 478, л. 62.

79 Там же, д. 125, л. 85.

80 "Ленинский сборник" XXXIV, стр 153.

81 ЦГАСА, ф. 100, оп. 3, дд. 125, 478.

82 Там же.

83 "История гражданской войны в СССР". Т. 3, стр. 342.

84 ЦГАСА, ф. 6, оп. 4, д. 56; ф. 100, оп. 2, д. 246; ф. 108, оп. 1, д. 100.

85 К. А. Мерецков. Указ. соч., стр. 37.

стр. 139

Сердобский полк и поднял мятеж, подробно описанный в "Тихом Доне", причем в романе приведена такая дата: 28 апреля, рассказано о предательстве командира полка бывшего штабс-капитана Вороновского и его помощника бывшего поручика Волкова, об убийстве комиссара полка и пр. В телеграмме В. М. Гиттиса от 15 апреля сообщалось: "Последние события на повстанческом фронте чрезвычайно характерны: 204-й Сердобский полк обезоружил 2-й заградительный отряд и, убив своего комполка нужно - комиссара. - С. С), перешел на сторону повстанцев-казаков"86 . Дата в телеграмме приведена, вероятно, по новому стилю, а самое событие произошло, следовательно, несколькими днями ранее (при тогдашних средствах связи, да еще в глухих степных районах, где не было телеграфа, сведения с периферии фронта поступали с большим запозданием). Итак, мятеж случился примерно около 10 апреля, или в конце марта по старому стилю. Но если считать, что упомянутая телеграмма была датирована по старому календарю, то в романе время мятежа указано верно.

В другой телеграмме командования 9-й армии сообщались подробности измены: с переходом полка на сторону противника силы последнего усилились на 380 штыков, 2 орудия и 10 пулеметов87 . Близкие к этому данные приведены и в "Тихом Доне", в письме Кудинова Григорию: "Сдали нам четыре орудия (но замки проклятые коммунисты-батарейцы успели посиять); более 200 снарядов и 9 пулеметов". И еще: в документальных материалах 23-й стрелковой дивизии за март - апрель 1919 г. сохранились сведения о том, что командиром 204-го Сердобского полка был Виталий Врановский, бывший штабс-капитан, а помкомполка - Виктор Волков, бывший поручик; немаловажно также, что оба они, судя по домашним адресам, были родом из Сердобска88 , следовательно, могли быть знакомы друг с другом и знать многих однополчан - факт, облегчавший им заговорщическую работу. У Шолохова оба бывших офицера названы с точными биографическими приметами, только Врановский стал Вороновским; автор либо намеренно изменил тут фамилию, либо, что вероятнее, она попала на страницы романа из чьего-то устного рассказа; естественно, что в этом случае польская фамилия Врановский русифицировалась. О мятеже Сердобского полка упоминаний в общедоступной научной литературе нет.

К середине апреля (нов. ст.) красные войска начали решительное наступление на повстанцев в направлении с юга на север, по правому берегу Дона. В романе подробно описано отступление мятежников, в том числе дивизии Григория Мелехова, под ударами красных частей. Однако казачьи отряды оказывали сильное сопротивление. В телеграмме В. М. Гиттиса от 24 апреля говорится: "Приказ командарма-9 от 13 апреля о переходе всеми войсками в решительное наступление пока не дал быстрых ощутимых результатов как по причине слабого в общем морального состояния частей войск, особенно на северном участке района восстания, где действуют части, направленные с тыла, из запасных батальонов, так главным образом вследствие решительного сопротивления повстанцев, мобилизующих все силы"; далее говорилось о заговоре в Сердобском полку, что "осложнило положение и затормозило операцию" в районе станицы Усть-Медведицкая. Тем не менее Экспедиционные войска добились успеха; "во всяком случае, на юго-западе и юге район восстания все более суживается и наши войска уже подошли к станицам Казанская - Мигулинская, то есть главным очагам восстания"89 .

Белогвардейское командование попыталось воспользоваться антисоветским мятежом на Дону. В апреле 1919 г. южнорусская контрреволюция готовилась к контрнаступлению. К тому времени белые овладели Северным Кавказом, удерживали Донецкий бассейн, получали через черноморские порты оружие и снаряжение со складов Антанты и установили связь с вёшенскими повстанцами. В "Тихом Доне" рассказывается об этом довольно подробно. Так и было в жизни, ибо воздушная связь между Новочеркасском и Вёшенской осуществлялась довольно регулярно, вожакам повстанцев привозились с нарочными директивы, денежные средства и дефицитные виды боеприпасов 90 . 6 мая Деникин перешел в наступление, 24 мая белогвардейцы с по-

86 ЦГАСА, ф. 191, оп. 3, д. 215, л. 2.

87 Там же, ф. 192, оп. 3, д. 162, л. 22 об.

88 Там же, ф. 1304, оп. 1, д. 112, л. 81.

89 Там же, ф. 192, оп. 3, д. 110, л. 12.

90 Д. Кин. Указ. соч., стр. 43.

стр. 140

мощью военной флотилии форсировали Донец91 . Фронт 9-й армии был прорван, в направлении Вёшенской двинулась конная группа генерала А. А. Секретова. 25 мая Гиттис телеграфировал Хвесину: "Действия противника, прорвавшего фронт 9 армии общем направлении Морозовской.., указывают в связи с другими данными об упорно преследуемой противником задаче соединиться с повстанческим фронтом"92 . 26 мая в штабе Южфронта стало известно, что белогвардейцы заняли станцию Глубокая и продвигаются в направлении на узловой железнодорожный пункт Миллерово93 . Обострение военной обстановки на юге вызывало беспокойство Ленина. 30 мая он телеграфировал председателю Реввоенсовета: "Крайне поражен Вашим молчанием в такой момент, когда, по сведениям, хотя и не совсем проверенным, прорыв на миллеровском направлении разросся и приобрел размеры почти совершенно непоправимой катастрофы"94 . Действительно, фронт на Северском Донце тогда рухнул, и положение Экспвойск стало критическим: с тыла к ним приближалась сильная конная группа противника. 30 мая Гиттис приказал Хвесину снять все, что можно, с других участков фронта против повстанцев и попытаться организовать сопротивление деникинцам95 . Но перелома добиться не удалось, и 7 июня белоказаки соединились с мятежниками96 , о чем руководство Южфронта известило на следующий день97 .

На этом закончилась история Верхне-Донского мятежа. Самодеятельные полки и дивизии повстанцев были расформированы и влиты в регулярные белогвардейские части. На казацких гимнастерках опять появились погоны, и прежние генералы повели их "на Москву". Еще в начале мятежа его руководитель Кудинов предсказывал: "С повинной головой придем к Краснову". Так и произошло, хоть "виниться" пришлось не перед Красновым, а перед генералами деникинской Донской армии Сидорина. Данное обстоятельство вновь подчеркнуло слабость, ограниченность и нежизнеспособность мелкобуржуазной анархии, которая порою пыталась усидеть меж двух стульев, но на деле лишь помогла белогвардейщине затянуть войну против Советской власти.

Как известно, историзм, то есть верность духу, а нередко даже букве источников, является непременным признаком всякого истинно высокого реалистического произведения. Многие образцы того дала русская классическая литература98 . Закономерно, что такого рода произведения вызывали пристальное внимание у историков99 . Эпопея Шолохова "Тихий Дон" - изумительный образец классического романа XX века. Его автором создан шедевр правдивого, исторически конкретного изображения действительности в ее революционном развитии.

91 ЦГАСА, ф. 100, оп. 3, д. 100, л. 168.

92 Там же, л. 180.

93 Там же, л. 179.

94 В. И. Ленин. ПСС. Т. 50, стр. 329.

95 ЦГАСА, ф. 100, оп. 3, д. 100, л. 261.

96 К. А. Мерецков. Указ. соч., стр. 37.

97 ЦГАСА. ф. 100. оп. 3, д. 100, л. 277.

98 См. об этом: В. А. Дьяков. Исторические реалии "Хаджи-Мурата". "Вопросы истории", 1973, N 5.

99 См., в частности, Л. В. Черепнин. Исторические взгляды классиков русской литературы. М. 1968; В. В. Каргалов. Древняя Русь в советской художественной литературе. М. 1971.


Отправить на принтер



КЛЮЧЕВЫЕ СЛОВА (нажмите для поиска): НЕКОТОРЫЕ ИСТОРИЧЕСКИЕ РЕАЛИИ "ТИХОГО ДОНА"


Готовая ссылка для списка литературы

С. Н. СЕМАНОВ, НЕКОТОРЫЕ ИСТОРИЧЕСКИЕ РЕАЛИИ "ТИХОГО ДОНА" // Москва: Портал "О литературе", LITERARY.RU. Дата обновления: 14 декабря 2017. URL: http://literary.ru/literary.ru/readme.php?subaction=showfull&id=1513256138&archive= (дата обращения: 25.06.2018).

По ГОСТу РФ (ГОСТ 7.0.5—2008, "Библиографическая ссылка"):


Ваши комментарии