ГОГОЛЬ И НОВАЛИС (К ПОСТАНОВКЕ ПРОБЛЕМЫ)
14 февраля 2008
АННОТАЦИЯ: Вопрос об отношении Гоголя к немецкому романтизму неоднократно привлекал внимание исследователей. Особенно часто отмечались параллели между творчеством Гоголя и Э. Т. А. Гофмана, реже - Л. Тика, А. фон Шамиссо и др. Вообще, по нашему мнению, проблема связи Гоголя с романтическим движением, романтическим художественным стилем распространяется на гораздо больший временной отрезок, чем период "Вечеров на хуторе близ Диканьки" и "Арабесок", она так или иначе актуальна для всех этапов творчества писателя. Многое в гоголевском мире может быть интерпретировано и понято в аспекте именно романтической эстетики и философии. В данной работе будет затронут вопрос о взаимосвязи между творчеством Гоголя и Новалиса.

ЧИТАТЬ ДАЛЬШЕ


ОБРЫВКИ АВТОГРАФА ПУШКИНСКОЙ ПОЭМЫ "ВАДИМ"
14 февраля 2008
АННОТАЦИЯ: В рабочей тетради Пушкина ПД 832 между л. 3 и 4 вырваны несколько листов, от которых остались корешки, получившие архивную нумерацию 3-а, 3-б, 3-в, 3-г, 3-д, 3-е. Еще в 1930-е годы, в процессе подготовки четвертого тома "Большого" академического "Полного собрания сочинений" А. С. Пушкина, С. М. Бонди определил по сохранившимся на них фрагментам слов, что здесь находился черновой автограф поэмы "Вадим". Свои наблюдения и выводы он изложил в отчете, представленном редакции этого издания:

"Черновая рукопись "Вадима" не сохранилась. От нее остались лишь обрывки на корешках вырванных листов в тетради ЛБ N 2366,1 до сих пор не обращавшие на себя внимание и впервые изученные для академического издания. Обрывки слов на корешках не дают целых вариантов, а частью не поддаются и расшифровке; поэтому они не введены в отдел вариантов и других редакций, а помещены и описаны в комментариях. Они показывают, что черновая рукопись содержала, по-видимому, все, что известно из текста "Вадима",2 включая и выброшенное в последней печатной редакции описание сна, и едва ли заключала продолжение текста, кроме известного в печати, - если же заключала то продолжение, о котором говорит А. Н. Муравьев в письме к М. П. Погодину (Литературное Наследство, N 16 - 18, стр. 696),3 то оно было на других вырванных листах той же рукописи, существование которых устанавливается по числу листов в тетрадках, из которых сброшюрована рукопись, но от которых не осталось и корешков. Те же обрывки черновой рукописи дают основание и для датировки набросков "Вадима" январем-февралем 1822 г., не позднее".4

ЧИТАТЬ ДАЛЬШЕ


ПРИРОДНЫЕ СТИХИИ В ТВОРЧЕСТВЕ ЛЕОНИДА ЛЕОНОВА
14 февраля 2008
АННОТАЦИЯ: Леонова после появления в печати статей в защиту природы и особенно после публикации романа "Русский лес" (1953) стали называть "певцом природы", "защитником лесных богатств", "первым лесничим страны", "другом леса". Вместе с тем необходимо заметить, что в творчестве Леонова (исключая, разумеется, "Русский лес") природы не так уж много. Можно вспомнить заснеженные леса в "Барсуках" (1924), блистательный весенний зачин романа "Соть" (1930), так восхищавший М. Горького, сцену охоты в "Скутаревском" (1932), пейзажи Коктебеля в "Дороге на Океан" (1935), туманные дали Алазанской долины в повести "Evgenia Ivanovna" (1963). Пейзаж как форма созерцания и рефлексии, свойственная русской классической прозе тургеневско-гончаровского типа, почти исчезает из художественного поля литературы XX века. Пожалуй, только М. Пришвин сохраняет интерес к природным формам жизни, осмысление которых позволяет ему одновременно и обнаруживать, и скрывать свои философские взгляды. Значительное место занимает пейзаж в творчестве К. Паустовского, хотя нельзя не заметить, что его отличает излишняя сентиментальность.

ЧИТАТЬ ДАЛЬШЕ


ИНТОНАЦИОННЫЕ ИЗМЕНЕНИЯ В ЛИРИКЕ ПУШКИНА НА РУБЕЖЕ 1830-Х ГОДОВ
14 февраля 2008
АННОТАЦИЯ: Творчество Пушкина на рубеже 1830-х годов связано с существенными изменениями в его художественной системе. В частности, пушкинская лирика демонстрирует это со всей очевидностью. Важнейшим рубежом в ее развитии явился 1829 год, совпавший с изданием двух первых частей "Стихотворений Александра Пушкина", подведших итоги предшествующей эволюции пушкинского творчества. Н. В. Измайлов справедливо утверждал, что новый период "можно - с известной долей условности - начинать с весны 1829 г., когда Пушкин, отдав в печать две части (...) своих "Стихотворений", представляющих собою итог его лирического творчества за 1815 - 1828 гг., отправился в путешествие на Кавказ и закавказский театр военных действий".1 "Стихотворения Александра Пушкина" 1829 года не только завершали длительный путь развития пушкинского творчества, они закрепили и самую идею его эволюции. Выбор хронологического принципа расположения произведений придавал большую наглядность движению поэзии Пушкина от его ранних поэтических опытов до начала 1829 года.2 Отчасти эта идея уже была реализована в "Стихотворениях Александра Пушкина" 1826 года. Хотя в основу композиции сборника был положен традиционный жанровый принцип, мысль об эволюции творчества Пушкина декларировалась в редакционном предисловии ("От Издателей"), развивавшем наметки, предложенные самим автором (см. его письмо брату от 27 марта 1825 года):3 "Любопытно, даже поучительно будет для занимающихся словесностию, сравнить четырнадцатилетнего Пушкина с автором Руслана и Людмилы и других поэм. Мы желаем, чтобы на собрание наше смотрели как на историю поэтических его досугов в первое десятилетие авторской жизни". 4 Указание на даты большинства помещенных в сборнике стихотворений позволяло читателю наглядно проследить эту "историю", реализовав таким образом пожелание его издателей. Последовательное проведение хронологического принципа в издании 1829 года дало возможность уже на более широком материале пушкинской поэзии воссоздать картину тех изменений, которые претерпевала она в период с 1815-го по 1829 год.

ЧИТАТЬ ДАЛЬШЕ


ПУШКИН: ИСТОРИЧЕСКИЙ ФАКТ И ЛЕГЕНДА В ПЕРСПЕКТИВЕ ЭПОХ
14 февраля 2008
АННОТАЦИЯ: Такое название носила международная научная конференция, которая состоялась 24 - 29 сентября 2004 года в Измаильском государственном гуманитарном университете. В числе организаторов выступили Институт русской литературы (Пушкинский Дом) РАН, Институт литературы им. Т. Г. Шевченко НАН Украины, Министерство образования и науки Украины, Российский центр международного научного и культурного сотрудничества при Правительстве Российской Федерации, Всеукраинская общественная организация "Русский Совет Украины". Место проведения конференции во многом обусловлено необходимостью восстановления русской культурной и образовательной традиции в провинциальном регионе, где с начала XIX века усилиями губернатора М. С. Воронцова и попечителя Одесского учебного округа Д. М. Княжевича формировалось "южное" направление российского историко-археологического и литературно-культурного процесса.

ЧИТАТЬ ДАЛЬШЕ


VII МЕЖДУНАРОДНАЯ ПУШКИНСКАЯ КОНФЕРЕНЦИЯ "ПУШКИН И МИРОВАЯ КУЛЬТУРА"
14 февраля 2008
АННОТАЦИЯ: В Новгороде Великом 31 мая - 4 июня 2004 года состоялась уже VII Международная Пушкинская конференция "Пушкин и мировая культура", организованная Институтом русской литературы (Пушкинский Дом) РАН, Новгородским государственным университетом им. Ярослава Мудрого и Новгородской епархией Русской Православной Церкви при финансовой поддержке РГНФ.

Предыдущие конференции проводились в Пушкинских Горах, Твери, Одессе, Нижнем Новгороде, Санкт-Петербурге, Тбилиси, Москве и в Крыму - местах, особо значимых в творческой биографии Пушкина. Это каждый раз определяет ведущую тему докладов и сообщений, посвящаемых определенному периоду творчества поэта и откликам на биографические впечатления той поры в произведениях последующих лет. Через Новгород Великий Пушкин, как известно, проезжал двадцать восемь раз. Новгородская тема получила отражение в "Евгении Онегине", в замыслах поэмы и трагедии о Вадиме, в исторических трудах поэта.

ЧИТАТЬ ДАЛЬШЕ


МЕЖДУНАРОДНАЯ КОНФЕРЕНЦИЯ "ПЕРЕВОДНАЯ ЛИТЕРАТУРА В ДРЕВНЕЙ РУСИ"
14 февраля 2008
АННОТАЦИЯ: С 5 по 8 октября 2004 года в Институте русской литературы (Пушкинский Дом) РАН проходила Международная конференция "Переводная литература в Древней Руси", которая собрала ученых из 13 стран (России, Англии, Белоруссии, Бельгии, Болгарии, Германии, Израиля, Италии, Норвегии, Польши, США, Украины, Чехии). Конференция была посвящена 100-летию выхода в свет книги А. И. Соболевского "Переводная литература Московской Руси XIV-XVII веков". Всего в рамках утренних и вечерних заседаний было сделано и обсуждено 48 докладов.

ЧИТАТЬ ДАЛЬШЕ


СЮЖЕТЫ ПАМЯТИ В РУССКОЙ ЛИТЕРАТУРЕ. (АНДРЕЙ БЕЛЫЙ, ВЯЧ. ИВАНОВ, И. А. БУНИН, В. В. НАБОКОВ)
14 февраля 2008
АННОТАЦИЯ: На обложке книги рисунок: девочка выглядывает в окно. Летний день, пустая комната, стул приставлен к окну. Девочка поставила коленку на стул, облокотилась на подоконник, одной рукой подпирает голову. Окно распахнуто в сад, в зелень, в многоцветье (райский сад?). Психея смотрит в вечность. Эмблема книги.

ЧИТАТЬ ДАЛЬШЕ


"СТИХАМ Я ВЕРЮ БОЛЬШЕ ВСЕГО..." (НОВАЯ БИОГРАФИЯ М. И. ЦВЕТАЕВОЙ)
14 февраля 2008
АННОТАЦИЯ: Книгу, посвященную биографии Цветаевой, сегодня нельзя назвать редкостью. Каждое новое поколение исследователей, движимое стремлением выстроить собственную концепцию сложнейшего поэта века, дает свою "попытку Цветаевой". Каждое - в меру понимания и дара - составляет свою летопись "быта" или "бытия", с неизбежностью обнаруживая проблему соотнесения биографической реальности и мифологизированного "образа поэта".

Существовавший долгое время в советском литературоведении просветительско-биографический подход затруднял возможность более или менее глубокого прочтения поэзии Цветаевой. Идеологические стандарты сковывали научное осмысление проблематики творчества, не позволяя, в частности, разглядеть особенности цветаевского "двоемирия".

ЧИТАТЬ ДАЛЬШЕ


ТЕМЫ СОВРЕМЕННОЙ НЕМЕЦКОЙ РУСИСТИКИ (ВОПРОСЫ "ЖЕНСКОЙ" ЛИТЕРАТУРЫ. ИНТЕРПРЕТАЦИИ РУССКОЙ ЛИРИКИ)
14 февраля 2008
АННОТАЦИЯ: Нет худа без добра. Новое усиление в мире в последние годы интереса к проблемам феминизма и женской эмансипации привело не только к "перехлестам" в виде поисков в искусстве особенной, "женской" эстетики, но и действительно расширило рамки литературоведческой проблематики. Исследователи - речь идет в нашем случае об интернациональном круге литературоведов и критиков, печатающихся в Германии, - сосредоточились на истории авторов-женщин, которым в русском литературоведении не уделялось до сих пор достаточного внимания. Как выразилась одна из пишущих о "женской" проблематике в литературе Ренате Лахман, творчество женщин оставалось всегда, и не только в России, "на полях системы" и даже осознавало себя лишь по отношению к "мужскому канону".1 Да и сам этот "канон", заметим, привык снисходительно отзываться о женском авторстве, отодвигая его, сознательно, или по традиции, или по каким-либо еще причинам, на второй план.

ЧИТАТЬ ДАЛЬШЕ


РЕПРЕССИРОВАННАЯ РЕЛИГИОЗНОСТЬ: НОВАЯ КНИГА О "ДУХОВНЫХ ПРЕСТУПЛЕНИЯХ" В РОССИИ XVIII ВЕКА
14 февраля 2008
АННОТАЦИЯ: В последние годы в отечественной антропологии, этнологии и фольклористике значительно возрос интерес к материалам судебных следствий по "духовным преступлениям", производившихся церковными и светскими властями России в XVIII веке. Хотя эти источники эпизодически использовались российскими, а также зарубежными учеными и ранее, можно без преувеличения сказать, что именно в историко-антропологических исследованиях последних лет было совершено "открытие" целого пласта массовой религиозной культуры России XVIII столетия.

ЧИТАТЬ ДАЛЬШЕ


Ю. Н. ВЕРХОВСКИЙ - ПРОФЕССОР ПЕРМСКОГО УНИВЕРСИТЕТА
14 февраля 2008
АННОТАЦИЯ: Юрий Никандрович Верховский (1878 - 1956) привлекает внимание исследователей как активный участник литературной жизни начала XX века.1 Верховский-филолог по-прежнему остается если не в забвении, то на периферии изучения. Поводом для разговора о Ю. Н. Верховском-ученом могут стать имеющиеся в Государственном архиве Пермской области (ГАПО) документы, связанные с избранием его в должность профессора кафедры истории русской словесности Пермского государственного университета.

ЧИТАТЬ ДАЛЬШЕ


ГИМНАЗИЧЕСКОЕ СОЧИНЕНИЕ МИХАИЛА ЗОЩЕНКО
14 февраля 2008
АННОТАЦИЯ: О попытке покончить жизнь самоубийством в гимназические годы Михаил Зощенко вспоминал в своих произведениях неоднократно, что свидетельствует об особой важности, которую придавал писатель данному эпизоду собственной биографии. Сначала об этой истории Зощенко кратко упоминает в повести "Возвращенная молодость": "...на экзамене на аттестат зрелости я получил единицу по русскому сочинению (сочинение было на тему о тургеневских героинях). (...) Скорей от бешенства, чем от отчаяния, я пытался покончить со своей жизнью".1 Позднее в новелле "Пытка" книги "Перед восходом солнца" он несколько конкретизирует обстоятельства произошедшего: "Я проглотил кристалл сулемы. Этот кристалл у меня был для фотографии. (...) Я получил единицу по русскому сочинению. (...) Правда, сочинение на тургеневскую тему - "Лиза Калитина". Какое мне до нее дело?.. Но все-таки пережить это невозможно..."2 Однако повести "Возвращенная молодость" и "Перед восходом солнца" не могут быть признаны произведениями в полной мере автобиографичными. Достаточно сказать, что сочинение гимназиста Михаила Зощенко было на другую тему. Сохранившиеся в Центральном государственном историческом архиве Санкт-Петербурга документы позволяют не только восстановить ход событий апреля-мая 1913 года, но и отделить правду от вымысла в произведениях писателя.

ЧИТАТЬ ДАЛЬШЕ


ОБЛАЧКИН ИЛИ...? (ОБ ОДНОЙ НЕЧАЯННОЙ АТРИБУЦИИ М. И. СЕМЕВСКОГО)
14 февраля 2008
АННОТАЦИЯ: Герою этой заметки принадлежит особое место и в мемуарной, и в поэтической пушкиниане. "Воспоминание о Пушкине" Облачкина впервые появилось на первой полосе "Северной пчелы" 19 февраля 1864 года. Трогательный рассказ, свидетельствующий о "внимательном и бережном отношении Пушкина к молодым поэтам",1 оказался более чем актуален после Октября 1917 года, когда чуть не сброшенный с парохода современности поэт пригодился для воспитания пролетарского литературного молодняка. Именно поэтому М. А. Цявловский включил его в мемуарный сборник,2 откуда он перешел в статью К. П. Богаевской "Пушкин и молодые писатели".3

ЧИТАТЬ ДАЛЬШЕ


"БОРИС ГОДУНОВ" И "АНТОНИЙ И КЛЕОПАТРА": "БЫВАЮТ СТРАННЫЕ СБЛИЖЕНИЯ"
14 февраля 2008
АННОТАЦИЯ: Задача данной работы весьма конкретная: ввести в сферу рассмотрения проблемы "Пушкин в работе над "Борисом Годуновым"" драму Шекспира "Антоний и Клеопатра" и показать, что к моменту начала работы и по ходу создания своей пьесы Пушкин имел возможность читать на двух языках (по-французски и по-английски) эту "римскую хронику" и что размышления над "Антонием и Клеопатрой" оказали определенное воздействие на его решение построить "Бориса Годунова" как историко-хроникальную драму о Смутном времени, существенно отклоняющуюся и от классического канона и от требований тогда только еще нарождавшегося в европейской драматургии романтизма. По сути, предлагаемая статья имеет целью внести всего одно, но довольно развернутое дополнение к классически выполненным академическим комментариям Г. О. Винокура к "Борису Годунову".1 Объяснить причину, по которой отсылки к "Антонию и Клеопатре" Шекспира не были включены Винокуром в его образцовый историко-литературный комментарий, просто - именно потому, что ученый строго следовал академическим правилам текстологии: ни в одном из произведений Пушкина, ни в его письмах, ни в заметках, ни в книжных записях desiderata - нигде об этой драме Шекспира мы упоминаний не находим. Единственный достоверный факт - драма "Антоний и Клеопатра" имелась в библиотеке Пушкина в составе собраний сочинений Шекспира на английском и на французском языках; в обоих изданиях страницы томов были разрезаны, но пометы на полях отсутствовали.2 В связи с этим ответ на вопрос, а был ли все же Пушкин знаком с этим текстом Шекспира и могло ли знакомство с этой исторической драмой из жизни Древнего Рима повлиять как-то на его рассуждения о природе драматургии, законах построения трагедии, правдоподобии и историзме характеров в драматических произведениях, надо начинать с общего обзора темы шекспиризма Пушкина.

ЧИТАТЬ ДАЛЬШЕ


ИЗ ИСТОРИИ ПУШКИНСКОГО ДОМА. (РУКОПИСНЫЙ ОТДЕЛ В ГОДЫ ВОЙНЫ)
14 февраля 2008
АННОТАЦИЯ: 1941 год для Рукописного отдела, к этому времени уже ставшего авторитетным хранилищем литературных и историко-культурных материалов, начинался будничной, повседневной работой. Отложившийся в фонде 1501 план работы Отдела на первый квартал 1941 года фиксирует следующий штатный состав Архива (именно так в предвоенное время называлась эта структура Пушкинского Дома): старшие научные сотрудники - заведующий Б. П. Городецкий, ученый хранитель Л. М. Добровольский, Л. Б. Модзалевский (с нагрузкой по РО ИРЛИ 2 часа в день), К. Н. Григорьян (с нагрузкой 4 дня в неделю), Н. А. Шиманов; младшие научные сотрудники - Д. С. Бабкин (с нагрузкой 2 дня в неделю), Т. П. Ден, Л. П. Клочкова, М. Г. Кричинская, М. И. Малова, Б. А. Трубецкой; научно-технические сотрудники - Е. М. Барская, Т. В. Гармашева (с нагрузкой 4 часа в день), И. В. Польский (1 июня 1941 года, т. е. еще до начала войны, он был призван в армию). В планах на апрель месяц значится также научно-технический сотрудник А. М. Пасечник.

ЧИТАТЬ ДАЛЬШЕ


ЦЕРКОВНЫЙ КАЛЕНДАРЬ В СТРУКТУРЕ ЛИРИЧЕСКОЙ ТРИЛОГИИ А. БЛОКА
14 февраля 2008
АННОТАЦИЯ: Повышенная требовательность, с какой Блок относился к составлению своих поэтических сборников, видя в них отражение этапов творческого пути, - одно из проявлений общесимволистских увлечений книгой, многообразных и плодотворных.1 Как справедливо отметил Н. Котрелев, "в кругу "старших символистов", прежде всего у Брюсова и З. Гиппиус, сформировалось представление о поэтической книге как самостоятельном художественном организме, художественной целокупности высшего порядка, собственно, особом литературном жанре".2 И не случайно Блок назвал Брюсова "гениальным поэтом александрийского периода русской литературы",3 причем симптоматично здесь го, что Блок дал определение всей текущей литературы, сблизив ее с эллинистической, процветавшей в древности при знаменитой библиотеке в Александрии. Пресловутая "книжность", о которой спорили современники Блока, представлена ее родовым, объединяющим свойством.

ЧИТАТЬ ДАЛЬШЕ


ТУРГЕНЕВ И ФЛОБЕР О ПОЭТИКЕ НОВОГО РОМАНА
14 февраля 2008
АННОТАЦИЯ: Художник должен быть в своем произведении как Бог в мироздании: невидимым и вездесущим; повсюду ощущаемым, но нигде не видимым.

Гюстав Флобер

В книге "Размышления о романе" известный французский литературовед первой половины XX века Альбер Тибоде, говоря о непрерывной метаморфозе романических форм, затрагивает один из основных вопросов этого протеического жанра в послебальзаковский период - вопрос об объективности повествования. Он критикует "фельетонные перипетии и смутные комментарии", которые "затемняют фигуры героев" в произведениях последователей автора "Человеческой комедии", хотя не называет их. Тибоде, конечно, имеет в виду писателей, группировавшихся вокруг первого теоретика реализма Шанфлери, провозгласившего идеальным и недосягаемым образцом бальзаковский тип романа. Эти писатели, стремясь изображать действительность с максимальной точностью, не сумели переступить границы "протокольного, эмпирического реализма, характерного для "литературных физиологии". Критик напоминает утверждение Ипполита Тэна о том, что надо считать подлинным романом лишь то произведение, в котором "предметы и герои изображены как конкретные объекты", "вне присутствия личности автора". Именно такой подход к изображаемой действительности является одной из существенных отличительных черт структуры нового романа. Тибоде заключает свое рассуждение следующими словами: "Это была эстетика Тургенева, Флобера, Мопассана..."1

ЧИТАТЬ ДАЛЬШЕ


РУССКИЙ АРГУМЕНТ К ГЕТЕВСКОЙ КОНЦЕПЦИИ "МИРОВОЙ ЛИТЕРАТУРЫ"
14 февраля 2008
АННОТАЦИЯ: 17 января 1827 года Гете записал в дневнике: "Диктовал... о мировой литературе". Так впервые терминологически обозначилась идея, над которой уже многие годы раздумывал писатель, - идея о гуманистическом союзе разнонациональных литератур, о формирующей взаимообогащающей общности, в рамках которой отдельная литература, сохраняя собственное своеобразие, раскроется в типологическом родстве с другими, о мировой литературе как единстве в многообразии, как движении словесной культуры разных народов к все более крепнущим общечеловеческим началам, нравственному и эстетическому согласию.

ЧИТАТЬ ДАЛЬШЕ


МОТИВЫ ОЛЕДЕНЕНИЯ И КОНЦА ЖИЗНЕННОГО ПУТИ В ПОЭЗИИ И. БРОДСКОГО 80-х ГОДОВ (О СТИХОТВОРЕНИИ "ЭКЛОГА 4-Я (ЗИМНЯЯ)")
14 февраля 2008
АННОТАЦИЯ: До "Эклоги 4-й (зимней)" (1980)1 эклог под номерами у Бродского не было, поэтому естественно предположить, что название стихотворения отсылает нас к знаменитой 4-й эклоге из "Буколик" Вергилия. Эпиграф к стихотворению тоже взят из Вергилия: "Круг последний настал по вещанью пророчицы Кумской, / Сызнова ныне времен зачинается строй величавый".

Надо отметить, что в стихотворении Бродского мысль римского поэта приобретает иной смысл: у Вергилия с "последним кругом" связывается пророчество о наступлении золотого века на земле, в "Эклоге 4-й (зимней)" значение этого образа имеет зловещий оттенок, символизируя оледенение всех чувств, конец жизненного пути и переход к смерти.

ЧИТАТЬ ДАЛЬШЕ


ИЗ ПИСЕМ Б. Л. ПАСТЕРНАКА
14 февраля 2008
АННОТАЦИЯ: 1. Борис Пастернак и Вольф Эрлих

Случайное знакомство Пастернака с молодым поэтом Вольфом Исидоровичем Эрлихом (1902 - 1944) имело для него глубокое, почти мистическое значение.

Это имя стало попадаться ему на глаза, когда Пастернак, по просьбе Цветаевой, собирал материалы, связанные с самоубийством Есенина. Она хотела написать поэму о Есенине, "род реквиема, наверное, или лирической трагедии", - объяснял Пастернак Г. Ф. Устинову, к которому 24 января 1926 года обратился за сведениями. "Напишите мне достоверности о смерти Есенина, - сообщал Пастернак в письме к нему слова Цветаевой. - Внутреннюю линию - всю знаю, каждый жест, - до последнего. И все возгласы, вслух и внутри. Все знаю, кроме достоверности. Поэма не должна быть в воздухе".1

Пастернак отправил Цветаевой вырезки из газет, но жаловался Устинову, что сам мало мог быть ей полезен: "Мы были с Есениным далеки. Он меня не любил и этого не скрывал, Вы это знаете. Много важного и едва ли не важнейшее можете сообщить Вы и Ваша жена, свидетели последних его дней и его последние собеседники (...) Вы о нем писали". В конце письма Пастернак просил: "Никому не говорите о том, что с таким запросом обращался к Вам я. У меня на то свои причины, они сложны не по моей воле, я их не стыжусь, но распространяться о них было бы утомительно, да и не к чему".2

ЧИТАТЬ ДАЛЬШЕ


К ВОПРОСУ ОБ АНТРОПОМОРФНОСТИ НАРРАТОРА В РОМАНЕ А. ПЛАТОНОВА "ЧЕВЕНГУР"
14 февраля 2008
АННОТАЦИЯ: Язык - первое, что обращает на себя внимание при чтении произведений А. Платонова. Открыв наугад любую страницу, например, романа "Чевенгур" (да, собственно, любого из произведений Платонова), можно обнаружить все те "необычности" и "непривычности" платоновского языка, о которых написано много и будет написано еще немало. Если попытаться выделить курсивом все языковые "корявости", то пришлось бы весь текст "Чевенгура" переписать курсивом. Более того, на этом языке едва ли можно вообще говорить. На этом языке можно разве что бредить, как например, во сне или в состоянии горячки. Приведем пример, когда Копенкин машет саблей в воздухе, чтобы "путать" радиоволны и помешать таким образом радиосвязи между "белыми буржуями": "Копенкин обнажил саблю и начал ею сечь вредный воздух, пока его привыкшую руку не сводило в суставе плеча.

ЧИТАТЬ ДАЛЬШЕ


КАЗАК КРЮЧКОВ: ИСТОРИКО-КУЛЬТУРНЫЙ КОММЕНТАРИЙ К ОБРАЗУ ГЕРОЯ РОМАНА М. А. ШОЛОХОВА "ТИХИЙ ДОН"
14 февраля 2008
АННОТАЦИЯ: Казак Козьма Крючков, реальное историческое лицо, участник первой мировой войны, известен широкой публике главным образом как один из героев романа М. А. Шолохова "Тихий Дон", причем герой эпизодический. Шолохов не случайно упоминает о Крючкове и его подвиге в первой книге своего романа, отдавая должное той популярности, которую получил этот казак в свое время в самых широких кругах, став поистине народным героем. Любопытен следующий факт из биографии писателя. Исследователь В. Васильев в примечаниях к роману сообщает о том, что, будучи ребенком, Шолохов играл в "Кузьму Крючкова",1 представляя себя в виде храброго и ловкого казака. Став писателем, Шолохов заново осмыслил образ героя Крючкова. На страницах романа мы встречаемся с данным персонажем в VII- IX главах третьей части "Тихого Дона", где описывается самое начало войны. Он упоминается среди других казаков 3-го Донского казачьего полка. Сразу же дается портретная характеристика героя, причем довольно непривлекательная: "...Крючков, по прозвищу Верблюд, чуть рябоватый, сутулый казак, придирался к Митьке".2 Далее раскрываются отдельные стороны его характера: насмешливый, задорный нрав казака, его взбалмошность. Крючков, в общем, ничем особо не выделяется среди своих товарищей - он также заглядывается на женщин, любит выпить и т. д.: "Крючков шлепком высадил пробку, налил чашку вровень с выщербленными краями. Вышли полупьяные. Крючков приплясывал и грозил кулаком в окна, зиявшие черными провалинами глаз".3

ЧИТАТЬ ДАЛЬШЕ


"РЕВОЛЮЦИОННОЕ ХРИСТОВСТВО": З. Н. ГИППИУС, Д. В. ФИЛОСОФОВ И Б. В. САВИНКОВ В 1911 ГОДУ
14 февраля 2008
АННОТАЦИЯ: Публикуемые ниже письма касаются отношений З. Гиппиус, Д. Философова и одного из участников "Главного" (так Гиппиус называла религиозную деятельность) - террориста Бориса Савинкова. События Кровавого воскресенья "перевернули" Мережковских. Для них теперь русский монарх - не помазанник Божий, наместник Христа на земле, а антихрист. Тогда во время первой русской революции в их концепцию Новой церкви, которая должна заменить догмы исторической церкви, включается идея "новой религиозной общественности". Так был взят курс на "религиозную революцию". В 1906 году в "семью" Мережковских вошел Д. В. Философов. "Триумвират", союз исключительно интеллектуальный, и должен был стать ядром Новой церкви. Мережковским нужны были сообщники для создания "новой религиозной общественности", которых они ищут не только в России, но и за границей среди эсеров-бомбистов.1 "Свои надежды на создание религиозной общественности или религиозной теократии, - пишет Т. Пахмусс, - они возлагали на русскую интеллигенцию, "аристократов мысли" в платоновском смысле слова. "Аристократы мысли", по их мнению, были способны пробудить в людях "новое религиозное сознание"".2 Эти избранные интеллектуалы, люди "первого сорта" (по выражению Философова) и должны быть устроителями будущего Царства Духа. "Мы с вами, - писала Гиппиус Савинкову, - сорта в некотором смысле одного".3

ЧИТАТЬ ДАЛЬШЕ


К ПРОБЛЕМЕ ДЕШИФРОВКИ ОДНОГО АНЕКДОТА ИЗ МЕМУАРНОЙ КНИГИ А. РЕМИЗОВА "КУКХА"
14 февраля 2008
АННОТАЦИЯ: Писатель А. Ремизов имел репутацию шутника, выдумщика, мистификатора. Причем шутил и мистифицировал он как в жизни (в литературном быту),1 так и в своем мемуарном творчестве.

Если житейские мистификации довольно быстро раскрывались (чему немало способствовал сам Ремизов), то его мистификации в текстах мемуарного характера, увековеченные на бумаге и освященные авторитетом самого жанра воспоминаний (мемуары имеют, так сказать, презумпцию "правдивости", "истинности"), зачастую остаются нераскрытыми. Отчасти это объясняется и вполне объективными причинами: трудно проверить достоверность того или иного факта в силу отсутствия свидетельств возможных участников или очевидцев случившегося.

ЧИТАТЬ ДАЛЬШЕ


Предыдущие 10 публикаций | 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 ... 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 | Следующие 10 публикаций


Ваши комментарии